Читаем Письма 1855-1870 полностью

Новостей в Англии нет, не считая двух незначительных изменений в правительстве вследствие того, что Лейард стал нашим послом в Мадриде. Он недавно женился на очаровательной женщине, и в Испании ему будет гораздо лучше, чем в палате общин. Министерство сейчас обсуждает вопрос о землевладении в Ирландии, что, как Вам известно, следующая стоящая перед ним трудность. Митинг в прошлое воскресенье потерпел нелепейшее фиаско, хотя и собрал на улицах Лондона всяких головорезов, а это серьезное зло, и любое происшествие может сделать его опасным. Однако подобные сборища не запрещены никаким законом, так что они продолжаются.

Правительство, несомненно, ошибалось, предполагая, будто имеет право закрыть Гайд-парк; теперь это признают все.

Я пишу Альфреду и Плорну с этой же почтой. В своих письмах ко мне они всякий раз не находят достаточно слов для описания Вашей доброты.

216

ДЖОНУ ГЕНРИ ЧЕМБЕРЛЕНУ

Гэдсхилл,

17 ноября 1869 г.

...Посылаю Вам исправленную Речь *.

Загадочная заключительная фраза, по-моему, вовсе не казалась бы таинственной, если бы слово "Народ" было напечатано так, как я настоятельно просил:

"Моя вера в людей, которые правят, в общем, ничтожна; моя вера в народ, которым правят, в общем, беспредельна".

217

МИССИС ФРЕНСИС ЭЛИОТ

Гэдсхилл, Хайхем близ Рочестера, Кент,

вторник, 28 декабря 1869 г.

Дорогая Ф.,

Поздравляю Вас с рождеством и Новым годом!

"Нашу Фиваиду" я переименовал в "Убежище старого Кардинала" (Вашего заглавия никто бы не понял), тщательно его отредактировал и поместил в номере, который сейчас печатается. Вам будут посланы два экземпляра, на случай если один затеряется. Все Ваше описание я считаю очень хорошим, а некоторые части его великолепными. В целом все очень любопытно и правдиво, правдиво в сверхъестественном и призрачном смысле. Меня прямо-таки преследуют статуи на высоких пьедесталах среди деревьев.

Ради Мэри (она, наверное, поедет куда-нибудь в другое место, как только мы вступим во владение!) я до 1 июня снял дом Милнера Гибсона, напротив Мраморной Арки. Адрес: Лондон, Вест, площадь Гайд-парк, 5. Мы переедем туда в первую неделю нового года.

Все здоровы. Я беспрестанно в трудах, как пчела, которая, если верить поэтическим ее описаниям, живет гораздо лучше, нежели большинство трудящихся людей. Это мое постоянное извинение за краткость писем.

Искренне Ваш.

271

ДЖЕЙМСУ Т. ФИЛДСУ

Лондон, Вест, площадь Гайд-парк, 5,

пятница, 14 января 1870 г.

Дорогой Филдс,

Мы живем здесь (против Мраморной Арки) в прелестном доме до 1 июня, а затем возвращаемся в Гэдсхилл. Оранжерея получилась великолепная, но обошлась недешево!

Сегодня я читаю в три часа - дьявольское занятие, которое я особенно ненавижу, и ровно через неделю опять в три. Эти дневные чтения очень мешают мне работать над книгой, но надеюсь, что с божьей помощью они мне не повредят. Вечернее чтение раз в неделю - пустяки. Кстати, в прошлый вторник вечером я с блеском их возобновил.

Мне было бы очень стыдно, что я до сих нор не написал Вам и милой миссис Филдс, но Вы оба, без сомнения, понимаете, что я очень занят и, отложив в сторону бумаги после трудового дня, тут же встаю и удираю. Здесь у меня большая комната с тремя прекрасными окнами, выходящими в парк, очень светлая и веселая.

Вы видели извещение о смерти бедняги Харнесса. Обстоятельства ее очень любопытны. Он написал своему старому другу, настоятелю Бэттла, что собирается посетить его в тот день (в день своей смерти). Настоятель ответил: "Приезжайте на следующий день. Мы не обедаем дома, и Вам придется быть одному". Харнесс с досадой сказал своей сестре, что _должен_ поехать в назначенный им день, потому что так решил. Приготовившись к обеду, он пошел на лестницу, куда выходили две двери - одна на площадку, а вторая на каменные ступеньки. Он открыл не ту дверь, свалился со ступенек, очень сильно расшибся и через несколько часов умер.

Вы - в отличие от меня, - вероятно, знаете, каков успех Фехтера в Америке. В своих заключительных спектаклях в театре Принсесс он играл очень хорошо. Первые три акта "Гамлета" показались мне гораздо лучше, чем когда-либо прежде, а я всегда был о них высокого мнения. Мы подняли за него пенящийся прощальный кубок в Гэдсхилле.

Форстер (у него опять бронхит) считает второй выпуск новой книги ("Эдвин Друд") решающим. К пятому выпуску интерес неуклонно возрастает, и потребуется немало искусства и самоотречения, чтобы этого добиться. Далее, я думаю, что независимо от увлекательности сюжета положение, в которое поставлены молодые люди, весьма ново и оригинально. Я надеюсь, что в пятом и в шестом выпусках в повести появится интересный поворот, и напряжение не ослабеет до самого конца.

Я не могу поверить и не верю, но говорят, что в будущее воскресенье Гарри исполнится 21 год. Я только что устроил его в Темпл, и если он в свое время не добьется звания члена колледжа, я буду разочарован, несмотря на то, что давно уже разочаровался во всем.