Читаем Письма 1855-1870 полностью

Альфред дал мистеру Бэру из Мельбурна рекомендательное письмо ко мне, и на днях он обедал у нас в Лондоне. Он нам очень понравился. Хори появляется здесь время от времени, но (кажется, я Вам уже говорил) я счел необходимым сообщить ему, что не могу подписаться под "Символом веры", на основе которого мы, по его мнению, могли бы возобновить наши дружеские связи, и потому нас разделяет пропасть.

По поводу будущего Франции я убежден, что французский гражданин никогда не простит, а Наполеон никогда не переживет coup d'etat. Поэтому всякой хорошо осведомленной английской газете невероятно трудно его поддерживать, притворяясь, будто она не знает, на каком вулкане стоит его трон. "Таймсу". который с одной стороны осведомлен об его планах, а с другой - о вечном беспокойстве его полиции (не говоря о сомнительной армии), приходится очень трудно. Мне кажется, что если слишком смело играть ему в руку, то при его падении возродится старый прискорбный национальный антагонизм. Я нисколько не сомневаюсь, что его Императорство будет занесено ветром в песках Франции. Ни в одной стране мира, а тем более во Франции, нельзя по политическим мотивам хватать людей в их домах и без всяких мотивов убивать их на улице, не пробудив чудовищной Немезиды, быть может, не слишком осмотрительной в мелочах, но от того не менее устрашающей.

Самый обыкновенный пес или человек, доведенный до бешеной ярости, гораздо опаснее, чем он же в нормальном трезвом состоянии.

Ваш друг сэр Чарльз Дилк наводит порядок во всем мире (включая его плоские оконечности - оба полюса) и, как сказал мне на днях один министр, "обладает одним лишь маленьким недостатком - всеведением".

Вы, вероятно, уже читали о том, что я собираюсь стать всем, чем королева может меня сделать *. Если мои слова хоть что-нибудь да значат, поверьте, я не собираюсь становиться ничем, кроме того, что я есть, - в том числе до конца дней своих искренне признательным и глубоко обязанным Вам.

227

ДЖОНУ М. МЕЙКХЕМУ

Гэдсхилл, Хайхем близ Рочестера, Кент,

среда, 8 июни 1870 г.

Сэр!

Если бы не Ваше письмо, для меня было бы совершенно непостижимо, что какой-либо разумный читатель мог подумать, будто я ссылаюсь на Библию в отрывке из моей книги, где встречается избитое выражение, которым пользуются во всех подходящих и неподходящих случаях и без всякой связи с первоисточником. Я просто потрясен, что какой-либо читатель мог так ошибиться.

В своих трудах я всегда стремился выразить свое благоговение перед жизнью и учением нашего Спасителя, ибо я это благоговение испытываю. Я даже написал переложение священной истории для своих детей, и каждый из них знал ее с моих слов задолго до того, как научился читать, и почти сразу же после того, как начал говорить.

Однако я никогда не кричал об этом на всех перекрестках.

Искренне Ваш.

КОММЕНТАРИИ

У. Ф. де Сэржа - швейцарский рантье, с которым Диккенс познакомился летом 1846 года в Лозанне и поддерживал дружескую переписку до конца жизни.

...война была неизбежна ради будущею спокойствия мира. - Под влиянием официальной английской пропаганды Диккенс оправдывает вмешательство Англии в русско-турецкую войну тем, что стремление России освободить славянские народы от турецкого ига якобы представляет опасность для Великобритании и угрожает пресловутому "равновесию сил" в Европе.

Лорд Раглан (1788-1855) - английский генерал, с февраля 1854 года главнокомандующий английскими экспедиционными войсками в Крыму.

"Унижение паче гордости" ("She Stoops to Conquer or the Mistakes of a Night") - комедия Оливера Гольдсмита (перевод А. Месковского, Спб. 1899), в новом переводе С. Надеждина - "Ночь ошибок" (М. 1954).

Холдимэнд Уильям. - См. коммент. к стр. 228, т. 29 наст. собр. соч.

Смит Сидней (1771-1845) - английский литератор, один из основателей и редакторов влиятельного ежемесячника "Эдинбургское обозрение", рано оценивший талант Диккенса, который назвал в его честь своего пятого сына.

Леди Холланд Августа Мэри - дочь Сиднея Смита. В ее салоне Диккенс бывал с 1838 года.

Пайт Чарльз. - См. коммент. к стр. 188, т. 29 наст. собр. соч.

Хант Ли. - См. коммент. к стр. 48, т. 29 наст. собр. соч.

Форстер. - См. коммент. к стр. 25, т. 29 наст. собр. соч.

...довольно важными для литераторов делами. - Речь идет о фонде помощи деятелям литературы и искусства (см. коммент. к стр. 321, т. 29 наст. собр. соч.).

"Тысяча и одно жульничество" - сатира на парламентский режим и Пальмерстона, опубликованная в "Домашнем чтении" в 1855 году; переработка бурлеска, написанного Диккенсом еще в 1832 году.

Мария Биднелл-Винтер. - См. "Краткую летопись жизни и творчества Чарльза Диккенса", май 1829 года.

Энн - Энн Бнднелл, старшая сестра Марии.

Мэри Энн Ли - приятельница Марии Биднелл, пытавшаяся поссорить ее с Диккенсом.

...Вы вспомнили обо мне в самую тяжелую пору своей жизни... - Муж Марии Биднелл-Винтер в это время переживал серьезные денежные затруднения и был на грани банкротства.

Фанни - старшая сестра Диккенса (1810-1848).

Леди Оллиф - жена сэра Джозефа Оллифа, врача при британском посольстве в Париже.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Бомарше
Бомарше

Эта книга посвящена одному из самых блистательных персонажей французской истории — Пьеру Огюстену Карону де Бомарше. Хотя прославился он благодаря таланту драматурга, литературная деятельность была всего лишь эпизодом его жизненного пути. Он узнал, что такое суд и тюрьма, богатство и нищета, был часовых дел мастером, судьей, аферистом. памфлетистом, тайным агентом, торговцем оружием, издателем, истцом и ответчиком, заговорщиком, покорителем женских сердец и необычайно остроумным человеком. Бомарше сыграл немаловажную роль в международной политике Франции, повлияв на решение Людовика XVI поддержать борьбу американцев за независимость. Образ этого человека откроется перед читателем с совершенно неожиданной стороны. К тому же книга Р. де Кастра написана столь живо и увлекательно, что вряд ли оставит кого-то равнодушным.

Фредерик Грандель , Рене де Кастр

Биографии и Мемуары / Публицистика
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика