Читаем Пионер, 1949 № 05 полностью

Как томно ногам после долгой езды! Что-то тягучее, колкое, щекоча, бежит от пяток к затылку. В ушах гудит. Всё хочется ехать, ехать и ехать.

- Приехал! - кричат из дома с большой камышовой крышей. - Бухгалтер приехал!

Из дома сейчас же выходит какой-то старик. Он одет в синий китель, как лялин папа, и чёрные узкие брюки. На руке у него колечко.

- Эх, Лукич, Лукич! - укоризненно говорит бухгалтер и причмокивает губами. - Эх!… Срываешь, старик, доставку. Почему не поставил в «Рыбкооп» виноград?…

- Вспомнили-таки наконец! - хитро отвечает старик. - А я жду, чи вспомнят чи нет…

Бухгалтер, сердито хмурясь, входит в избу. За ним семенит старичок.

Девочки остаются одни, посреди дороги.

Выскакивает из лужи гусь и отряхивается. Пробегает мимо гусыня с жёлтыми гусеня-тами. Потом бегут два маленьких жеребёночка. От полей пахнет сладким: то ли дождём, то ли пылью, то ли скошенным сеном.

- На виноградник что-то охота, - говорит Света.

И, будто это подслушав, выходит из дома старичок и за ним бухгалтер.

- Пошли, детвора, - говорит старичок. - Поглядите-ка виноградник. Не бывали ещё на самом на винограднике?

- Не бывали, - говорит Света.

Все идут от дома гуськом по узкой тропинке. Проходят большое поле, усаженное арбузами. Проходят другое поле, с недозрелыми помидорами.

Лялю хватают за платье жёлтые маленькие колючки.

Высоко над полем на вбитых в землю шестах висит, как будто под самым небом, какая-то будочка. Это сторожка.

Свесив ноги, сидит в сторожке мальчишка в красноармейской шапке.

- Сторожев сын! - говорит Света. - Живёт на самом на винограднике.

И она вздыхает.

Так вот он, сам виноградник!…

Справа и слева тянутся коридоры и коридорчики с расчищенными дорожками. Стены в тех коридорах - кусты, подхваченные хорошо натянутой проволокой. По дорожкам ходят босые девушки с садовыми ножницами. Они стригут виноград и складывают его в большие корзины.

На весах стоит виноградарь и смотрит туда и сюда.

Один глаз у него побольше другого, и лицо ют этого у виноградаря очень хитрое.

- Дивчата, - говорит виноградарь, - угощайте гостей!

- А хай берут! - говорят девушки.

Они сразу приносят откуда-то огромную деревянную чашку, такую, в которой дома стирают бельё. В чашке горой лежит виноград.

- Нажимай, детвора! - говорит бухгалтер и отворачивается.

Жарко… Присев вокруг чашки, в рое мошек и мух, толкая друг друга, девочки отрывают от виноградных гроздей большие холодные ягоды. Ягоды словно покрыты испариной.

Далеко за виноградником слышится гул, протяжный, долгий и тонкий звон.

Это лето гудит вокруг. Гудит тишина. Земля, подсолнухи, рельсы, птицы и мошки…

Словно стеклянные, глядят на Лялю из зелёных кустов желтоватые ягоды винограда. На них мельчайшие капельки, будто ягоды запотели от чьего-то дыхания.

Ляля встаёт, осторожно идёт по жёлтой дорожке, садится на корточки у куста и указательным пальцем трогает виноград.

- Эту, что ли хочешь? - говорит какая-то девушка, наклонившись над Лялей. - Вот эту тебе интересно?

Девушка взмахивает над кистью садовыми ножницами. Из куста вываливается тяжёлая кисть.

- Чего глядишь? - говорит девушка. - Видишь, что режу, - значит, держи…

Ляля оглядывается и смотрит на девушку. Тут она замечает, что лицо у девушки отчего-то вымазано извёсткой, как будто она клоун.

- Ты чего смотришь? - смеётся девушка. И видно из-под извёстки, что лицо у неё

краснощёкое, а зубы белей извёстки.

- Тебя, что ли, тоже помазать мазилкой, Чтоб солнце не напекало?… Ой, кукла!…

Девушка смотрит на Лялю, на её тощие ноги, торчащие из-под короткого платья, смотрит на лялины узкие туфельки.

- Ой, кукла!… - говорит девушка, кладёт в карман садовые ножницы и берёт Лялю на руки.

- Может, хочешь кавунчика или огурчика? - говорит она.

- Спасибо, я не хочу, - говорит Ляля.

- Ой, куклу, куклу несу! - говорит девушка, измазанная извёсткой, и громко смеётся. - Ой, кукла, глядите!

Девушки со всего виноградника обступают Лялю. - Ты чья дочка? - говорят они.

- Она Сущёва, Сущёва дочка! - кричит Света. - Варвары Степановны, бригадирши, внука…

Девушки переглядываются.

- О, сущёвская! - говорит одна.

А Ляля сидит наверху, на руках девушки, вымазанной извёсткой, и смотрит. Сверху ей виден весь виноградник, со всеми его коридорами и коридорчиками. Ей видны кусты молодого сада, примыкающего к винограднику. Ей видны огромные жернова с деревянной ручкой. Какая-то женщина крутит ручку. Вместе с ручкой крутятся жернова. В ведро вытекает сок винограда, а рядом стоит деревянная бочка в обручах.

«Как тут хорошо!… - словно прислушиваясь к чему-то, думает Ляля. - Какая бочка большая, как пахнет славно, какие красивые, зубчатые листочки!…»

По винограднику ходит бухгалтер. За ним семенит старичок и бредёт виноградарь. Он глядит на свой виноградник и отчего-то хитро улыбается.

«Хорошо бы тут жить, - вон как тот мальчик в сторожке! - думает Ляля. - Ходила бы я по коридорчикам, подстригала бы виноград…»

Небо красное. Солнце проводит чуть видимую светящуюся полоску далеко, за широко раскинувшимися полями.