Читаем Пикировщики полностью

И в нашей дивизии летчики с пристрастием изучали тактику противника, по крупицам собирали передовой опыт. «Фашисты рассчитывали внезапным нападением сокрушить нашу авиацию. Конечно, им кое-что удалось в первые дни войны, но не удалось главное — уничтожить нас. Теперь мы многому научились, познали сильные и слабые стороны, коварные повадки врага и бьем его!..» Эти слова, сказанные летчиком 28-го истребительного авиаполка лейтенантом П. Н. Вернигором при получении им боевой награды, отражали общее мнение и настроение авиаторов.

Кстати, это он, Петр Вернигор, один из первых в полку кавалеров ордена Красной Звезды, стал автором оригинального «рацпредложения».

Он и его боевые товарищи, охраняя мосты на Днепре, заметили, что при появлении истребителей И-16, вооруженных двумя крыльевыми пушками, фашистские бомбардировщики начинали «нервничать»: меткий огонь пушек вносил смятение в психику немецких летчиков. Разгадав такую слабость, Вернигор предложил приспособить к плоскостям истребителей, не имеющих крыльевых пушек, стволы, выструганные из дерева и покрашенные в черный цвет — под металл. Принимая деревянные пушки за настоящие, немцы спешили отвернуть, уходя от боя с «ишаками», и бомбы сбрасывали где попало.

А наши летчики, закаляясь в боях, оттачивали свое мастерство, их удары по врагу все чаще достигали цели. К примеру, вначале огонь вражеских зенитных батарей казался пилотам непроходимой стеной. Но вскоре мы научились маневрировать: где можно, обходили шквал огня, иногда подавляли зенитные батареи, а при подходе к объектам противника научились выбирать наиболее безопасные направления.

Или вот, убедившись в малоэффективности пулеметного огня по танкам, мы стали подвешивать бомбы и на истребители, смелее действовать с малых высот. Нередко впереди низко летящих групп малоскоростных И-15 и И-153 пускали пару истребителей И-16 или МиГ-3. Они точно выводили на цели, обозначали место удара с пикирования. Такой прием облегчал выполнение задания, обеспечивал внезапность и точность штурмовки и бомбометания, снижал потери.

Штаб ВВС Юго-Западного фронта, несмотря на огромное напряжение, находил время на внедрение нововведений в тактику боя, систематически информировал о ценных начинаниях все дивизии. По его указанию в 5–7 километрах от базирования частей дивизии мы выставляли наблюдательные посты. Это позволяло поднять готовность истребителей к отражению налетов авиации противника на аэродромы, тыловые объекты. Связанные с КП, наблюдательные пункты сообщали не только о появлении опасности, но и указывали тип, количество, курс и высоту полета немецких самолетов. Наши летчики своевременно поднимались на перехват, четко уходили на прикрытие войск, объектов на поле боя и в ближнем тылу. Часто летая на штурмовку колонн, скоплений живой силы и техники врага, в отдельные дни мы расходовали более ста бомб. Надо сказать, действуя с пикирования, по точности ударов истребители не уступали штурмовикам и бомбардировщикам.

Иногда нам удавалось выкраивать по нескольку Як-1 для сопровождения бомбардировщиков СБ и Су-2. Эту обязанность летчики 28-го истребительного авиаполка выполняли с большой охотой. Вылетая с ними, и бомбардировщики чувствовали себя увереннее, а главное — не несли потерь от «мессершмиттов».

Завершался первый месяц моего пребывания на фронте. По существующему тогда положению мне, как военкому, надлежало вместе с командиром дивизии подписывать донесение в штаб ВВС фронта, в котором давался полный отчет о боевой работе дивизии за прошедший месяц. В донесениях описывался ход боевых действий, анализировались причины наших потерь. Из этих документов я узнал и некоторые подробности боевой работы дивизии до моего вступления в должность дивизионного комиссара.

* * *

Перед войной в 15-ю смешанную авиадивизию входили штурмовой, бомбардировочный, ближнебомбардировочный и истребительные авиационные полки. Истребители интенсивно занимались переучиванием летного состава на новых самолетах МиГ-3. К началу боевых действии большинство летчиков освоили эти машины и самостоятельно отрабатывали технику пилотирования, а руководящий состав полков приступил уже к упражнениям по боевому применению. После внезапного налета немцев на аэродромы дивизии в первые часы войны из истребительных полков уцелел только один — 28-й, который и объединил уцелевшие экипажи и боевую технику других истребительных полков.

Командовал 28-м истребительным временно исполнявший обязанности командира полка капитан И. В. Крупенин. При всей сложности обстановки его разумные и решительные действия, выдержка и находчивость благотворно сказались на организации отпора врагу: 22 июня полк не дал застигнуть себя врасплох. По боевой тревоге на перехват бомбардировщиков, нарушивших государственную границу СССР, поднялось большинство самолетов полка. Сначала они дрались в районе Рава-Русская, затем отражали налеты на Львов.