Читаем Пять поэм полностью

Пять поэм

Хосров уже хмелен. Не медлит кравчий. ЗвукиПорхают: чанг поет о встречах, о разлуке.Рабыня нежная вошла, потупя взгляд,И вот услышал он — пропавший найден клад:«Шапур приема ждет. Впустить его иль надоСказать, что поздний час для встречи с ним — преграда?»Хосров обрадован. Вскочил, затем на тронСебя принудил сесть, к рассудку возвращен.Он входа распахнуть велит сейчас же полог.[173]Дух закипел: ведь был срок ожиданья долог,И жил с душою он, раздвоенной мечом,И скорбной тьмой одет, и радостным лучом.Мы ждем — и сердце в нас разбито на две части;Взор не сводить с дорог — великое несчастье.Невзгода каждая терзает нашу грудь,Невзгоды худшей нет — безлюдным видеть путь.Коль в горести, о друг, ты смотришь на дорогу,—Со счастьем дни твои идти не могут в ногу.И вот Шапур вошел — Парвиз его позвал,—И поцелуями он прах разрисовал.[174]И, стан расправивши, стоял он недвижимо,С покорностью, что нам в рабах вседневно зрима.И, на художника склонив приветный взор,Хосров сказал: «Друзья, покиньте мой шатер».Шапура он спросил про горы и про реки,Про все, на что Шапур в скитаньях поднял веки.С молитвы начал речь разумный человек:«Пусть шаха без конца счастливый длится век!Войскам его всегда лететь победной тучей.С его чела не пасть венцу благополучии.Его желаниям — удаче быть вождем.Пусть дни его твердят: «Мы лишь удачи ждем».Все бывшее с рабом, в пути его упорном,Является ковром — большим, хитроузорным.Но если говорить получен мной приказ,Приказ я выполню; послушай мой рассказ».С начала до конца рассказывал он мерноО непомерном всем, о всем, что беспримерно.О том, что скрылся он, как птица, от очей;Что появился он, как между скал ручей;Что он у всех ручьев был в предрассветной рани;Что смастерил луну, уподобясь Муканне;[175]Что к лику одному — другой припал с алчбой;[176]Что бурю поднял он умелой ворожбой;Что сердцу Сладостной, как враг, нанес он рануИ к шахскому ее направил Туркестану.[177]Когда его рассказ цветка весны достиг,Невольный вырвался у властелина крик.«Мне повтори, Шапур, — вскричал он в ярой страсти, —Как сделалась луна твоей покорна власти?»И геометр сказал: «Я был хитер, и рокСчастливый твой пошел моим уловкам впрок.Был в лавке лучника твой мастер стрел умелый[178]И выбрал нужный лук, давно имея стрелы.Едва сыскав Ширин, не напрягая сил,Серебряный кумир уже я уносил.Уста Ширин ни к чьим устам не приникали.Лишь в зеркале — в хмелю — свои уста ласкали.И рук не обвила вкруг человека. НочьСвоих кудрей не вить лишь было ей невмочь.Так тонок стан ее, как самый тонкий волос,Как имя Сладостной, сладки уста и голос.Хоть весь смутила мир прекрасная луна,Пред образом твоим смутилась и она.Ей сердце нежное направивши в дорогу,Я на Шебдиза речь направил понемногу.Летящую луну конь поднял вороной.Так все исполнено задуманное мной.Здесь, утомившийся, остался я на время,Хоть должен был держать я путницу за стремя.Теперь, все трудности пути преодолев,Она в твоем саду, среди приветных дев».Художника обняв, подарками осыпалЕго Хосров, — и день Шапуру светлый выпал.На рукаве своем «Сих не забыть заслуг» —Парвизом вышито.[179] Был им возвышен друг.Луна в источнике, миг их нежданной встречи,Поток ее кудрей — все подтверждало речи.Смог также государь не мало слов найти,Чтоб рассказать о том, что видел он в пути.Да, пташка милая — им вся ясна картина —Перепорхнула вмиг в пределы Медаина.Решили всё. «Я вновь, — сказал Шапур, — лечу,Подобно бабочке, к прекрасному лучу.Вновь изумруд верну я руднику. ДурманаЖди сладкого опять от нежного рейхана».

Читаем Пять поэм полностью

Пять поэм

Похожие книги

Все жанры