Читаем Пьесы [сборник] полностью

На сцене спальня Ирмы, но по ней будто прошел ураган. В глубине двустворчатое зеркало образует стену. Справа и слева — двери. Три фотоаппарата на штативах. Около каждого аппарата — по молодому человеку развязного вида, в черных куртках и обтягивающих джинсах. На их лицах — ирония. Затем по очереди начинают выходить: справа — Епископ, слева — Судья и Генерал. Они низко кланяются друг другу. Затем Генерал по-военному приветствует Епископа, а тот — благословляет Генерала.

СУДЬЯ(с облегчением). Мы возвращаемся издалека!

ГЕНЕРАЛ. Это еще не конец! Нужно будет придумать целую жизнь… Сложно…

ЕПИСКОП(с иронией)…или нет, ее нужно будет прожить. Никто из нас уже не сможет отступить. До того, как сели в карету…

ГЕНЕРАЛ. Как медленно едет карета!

ЕПИСКОП …До того как сели в карету, бегство еще было возможно. Но теперь…

СУДЬЯ. Думаете, нас узнают? Я был посередине, то есть два ваших профиля прикрывали меня. Напротив меня была Ирма… (Удивляется, произнеся это имя.) Ирма? Королева… Я спрятался за Королевой. А вы?

ЕПИСКОП. Ни малейшей опасности. Знаете, кого я увидел… справа… (Не может сдержать смех.) Все та же лоснящаяся морда, и это несмотря на то, что город разнесен в щепки… (два других участника при этом улыбаются) все те же ямочки и испорченные зубы… Кто бросился к моей руке?.. Я думал, он укусит меня, и отдернул руку… а он поцеловал мой перстень. И кто ж это был? Мой поставщик арахисового масла!

Судья смеется.

ГЕНЕРАЛ(мрачно). Как медленно едет карета! Колеса кареты катят прямо по ногам, по рукам людей! Пыль!

СУДЬЯ(с беспокойством). Я сидел напротив Королевы. Во внутреннем зеркале я увидел женщину…

ЕПИСКОП(перебивая). Я тоже ее видел, около левой дверцы, она спешила осыпать нас поцелуями!

ГЕНЕРАЛ(все более мрачно). Как медленно едет карета! Мы двигались так тихо сквозь потную толпу! Их приветствия звучали как угрозы. Они ведь могли перебить ноги лошадям, выстрелить, нас самих запрячь, привязать к носилкам или к лошадям, четвертовать нас или превратить в лошадей: но ничего не случилось. Несколько цветков, брошенных из окна, и народ, склонившийся перед Королевой, гордо держащей голову под своей золоченой короной… (Пауза.) Лошади шли шагом. И Посланник на подножке!

Молчание.

ЕПИСКОП. Никто не мог узнать нас, нас скрывала позолота. Все были ослеплены ее блеском…

СУДЬЯ. Не много же было нужно…

ЕПИСКОП(все с той же иронией). Обессилев от боев, задохнувшись от пыли, добрые люди ожидали кортеж. Во всяком случае, отступать нам некуда. Нас избрали…

ГЕНЕРАЛ. Кто?

ЕПИСКОП(вдруг с пафосом). Сама Слава.

ГЕНЕРАЛ. Ведь это маскарад?

ЕПИСКОП. От нас зависит, чтобы маскарад приобрел другое значение. Прежде всего, давайте употреблять возвеличивающие слова. Действовать будем быстро и точно. Ошибки непозволительны. (Властно.) Лично я, символический глава Церкви этой страны, хочу стать ее действительным главой. Вместо того, чтобы без конца благословлять, я буду подписывать декреты и назначать священников. Собирается духовенство. Строится собор. Здесь все. (Показывает на папку, которую держит под мышкой.) В ней множество планов, проектов. (Судье.) А вы?

СУДЬЯ(глядя на часы). У меня назначено несколько встреч с судейскими. Мы готовим тексты законов, пересматриваем Кодекс. (Генералу.) А вы?

ГЕНЕРАЛ. О, идеи вылетают из моей бедной головы, как дым сквозь щели в хижине. Военное искусство не терпит импровизаций. Генеральный штаб…

ЕПИСКОП(перебивая). Как и все остальные… Судьбы армии читаются по вашим звездам. Расшифруйте же ваши звезды, черт возьми!

ГЕНЕРАЛ. Легко сказать. Вот когда возвратится Герой, прочно сидящий на своей заднице, как на лошади… Ведь до сих пор никаких известий?

ЕПИСКОП. Никаких. Но не будем радоваться заранее. Если его образ еще не воплощается в борделе, в будущем это возможно. Это будет нашим поражением. Если только вы не приложите достаточно усилий, чтобы захватить власть.