Читаем Пьесы [сборник] полностью

ОММУ. У меня с собой впитывающие салфетки. И моя нежность, чтоб прикрыть глаза.

КАДИДЖА. Твоей руке понадобится сила. Уложите меня и как следует отмойте. Без глупой болтовни. Нет, мух не прогоняйте. Я их знаю уже по имени!

Женщины начали уже погребение Кадиджы.

Не забудьте подвязать мне подбородок, засунуть вату мне в уши, в ноздри и в задницу. Я вот уже три минуты как нахожусь у мертвецов, сейчас посмотрим, как я смогу дальше вам помогать… Ведь я уношу туда целые тонны ненависти… Вымойте хорошенько мои ноги, это важно, ведь это будет во второй раз за два года…

Когда ей закрывают глаза, она находится лицом к публике, женщины поддерживают ее, голова ее опирается на вторую ширму.

Комментарии к двенадцатой картине

Как я уже говорил, персонажи-европейцы, Смешные Лица, те, что пришпиливают, г-н и г-жа Бонёй должны быть чрезмерного роста.

Манекен, к которому пришпиливают, должен быть вроде столба-тотема: немного пугающим. Награды видны очень хорошо.

Относительно дрожания: все арабы должны дрожать вместе, и с ног до головы. Это сделать будет очень трудно, поскольку актеры все еще ни черта не умеют. Если эта пьеса будет ставиться, необходимо будет придумать, как играть сцену дрожания.

Когда умершая Кадиджа приказывает рисовать на ширмах, арабы должны в некотором роде предвосхищать отдаваемые приказы. Они должны быть очень прытки. Залезать друг другу на плечи, чтобы рисовать на верхней части ширм.

После вызова «М’Хамед!» актерам-рисовальщикам должна аккомпанировать очень легкая и очень веселенькая музыка.

Омму — очень старая арабская женщина, очень морщинистая. Ходит с палкой. Именно она придет на смену Кадидже.

В диалогах Кадиджи с арабскими убийцами сделать так, как раньше, — чтобы реплики перекрывали друг друга, согласно подчеркнутым мною слогам, словам или частям предложения.

Костюмы пришпиливающих французов должны быть весьма рафинированными. Лосины и шелковые чулки для мужчин, длинные платья в пастельных тонах для женщин.

Что же до фигур — то каждая из них будет на своем постаменте, с разноцветным гримом, и костюмы их с первого взгляда должны говорить о том, кто они есть.

Картина тринадцатая