– По-моему, мама нас не любит.

Пьер Отран опускает глаза: его приводит в ужас черная злоба, которой наполняется взгляд Тома, когда тот говорит о своей матери.

– Мама любит нас всех, но по-своему.

– Ты лжешь, папа! Однажды она убьет нас всех. Она не хочет нас.

Пьер Отран прячет лицо от сына и начинает плакать. Когда-то он женился на Мартине потому, что она была самой красивой из знакомых ему девушек. А Мартина все время изменяла ему и даже не скрывала от него своих измен. Он сам не понимает, почему он без ума от этой шлюхи, но это так. Только ее тело опьяняет его, только от ее полных, тяжелых губ у него кружится голова. Это случается редко, но он готов отдать жизнь за одно мгновение с Мартиной. Он непрерывно думает об этом и иногда боится своей любовной одержимости, но скрывает свой страх ото всех.

Сегодня Тома у врача.

– Заходи, Тома, – говорит доктор.

Он входит в кабинет. Его мать отводит от него взгляд.

– Как ты себя чувствуешь?

Он ничего не отвечает. Он знает, что означает этот вопрос, – больницу.

– Тома, нам нужно сделать еще несколько осмотров. Ты поедешь в Виль-Эврар, это большая лечебница возле Парижа. Ты согласен?

Тома ничего не отвечает. У доктора такая же улыбка, как у продавца автомобилей, который уговаривал папу выбрать «Рено-16» с переключателем скоростей на руле. Папа в конце концов спровадил его прочь.

– Ты согласен с моим решением, Тома?

32

По четвергам доктор Кайоль принимал пациентов до восьми часов, и только тех, которые выкладывали целое состояние, чтобы попасть к нему раньше других.

Для Тома в больнице имени Эдуарда Тулуза [48] не было тайн. Это здесь он получил уроки, которые сделали его опасным человеком. Два африканца чистили мусорные баки этого сумасшедшего дома. Отран поздоровался с мусорщиками дружеским жестом.

Прачечная была справа. От нее пахло теплой водой со стиральным порошком и дезинфицирующим средством. Этот запах был до тошноты противен Отрану, потому что напоминал ему кислую вонь тюрьмы. Этот запах всюду один и тот же.

Но Тома знал, что теперь все это далеко. Человек, который убил кого-то, не может вернуться назад. Это все равно что прыгнуть в пустоту. Он был злом, один журналист даже назвал его чудовищем. Он знал, что сделал то, чего нельзя делать, но не мог поступить иначе.

Тома открыл дверь прачечной. Горячий воздух ударил ему в лицо. Он не стал терять время и быстро пошел дальше.

Дверь кабинета находится в противоположном конце коридора, это он помнил. Нужно держаться дальше от нее и идти близко к стене, чтобы не увидела секретарша. Даже если здесь все отремонтировали, расположение дверей не могло сильно измениться.