Читаем Первые цивилизации полностью

Впервые материалы данного типа стали известны еще до первой мировой войны благодаря раскопкам архаического некрополя в районе аббасидской столицы Самарры, в котором была найдена яркая расписная керамика. Постепенно эти эффектные находки были введены в круг систематически изученных памятников первобытной Месопотамии. Особое значение имеют раскопки поселения Эс-Савван, расположенного неподалеку от Багдада и систематически изучаемого иракскими археологами (^аШу, АЬи а1-8ооР, 1965; АЬи а1-8ооР, 1968). Здесь в нижних слоях, как в ранней Хассуне, сравнительно много разнообразных каменных сосудов и сравнительно малочисленна керамика, формы которой порой подражают каменным изделиям. Иногда на этой ранней глиняной посуде имеется резной орнамент. Со слоя Савван III появляется уже выразительная расписная посуда так называемого самаррского типа, что позволяет синхронизировать этот этап развития с поздней Хассуной и считать в целом комплексы Самарры (учитывая архаическую фазу) и Хассуны одновременными. Памятники самаррского типа распространены на среднем Тигре (Самарра, Савван) и к востоку от этого района в предгорьях Загроса (Матарра, Чога-Мами). Как археологический комплекс Самарра характеризуется домами из сырцового кирпича, расписной керамикой с усложненными геометрическими узорами, одиночными и групповыми изображениями зверей и насекомых, массивными каменными и терракотовыми фигурками женщин с подчеркнуто крупными глазами. С точки зрения хозяйственного и культурного прогресса характерными чертами Самарры являются внедрение искусственного орошения, развитие массовой художественной культуры и специализированных производств.

При раскопках Саввана было обнаружено большое количество зерен культурных растений, в том числе четырех видов ячменя, четырех видов пшеницы и одного вида льна. Ограниченное число осадков по среднему течению Тигра делало невозможным продуктивное развитие земледелия без применения искусственного орошения полей. Именно этим следует частично объяснить столь значительное сортовое разнообразие и, в частности, появление шестирядного ячменя. Этот сорт палеоботаники считают мутантом, сложившимся именно в условиях орошения (На1Ьаеск, 1960). На другом самаррском памятнике — Чога-Мами найдены даже остатки самих каналов (Оа!ез, 1963). Как и в Хассуне, в самаррских комплексах представлены основные виды домашних животных — овца и коза в Савване, а в Чога-Мами также и крупный рогатый скот. Вместе с тем в первом памятнике, расположенном неподалеку от Тигра, большое развитие получила рыбная ловля, а также охота на степных (газель, онагр) и лесных (олень) животных. Налаженная система получения продуктов питания, устойчивость которой поддерживалась применением ирригации, способствовала значительному прогрессу материальной культуры.

Уже самое раннее поселение Саввана имело общую прямоугольную планировку и было окружено рвом (рис. 16). Застройка осуществлялась многокомнатными домами, ниже уровня полов которых находились погребения. Все дома возведены из прямоугольного сырцового кирпича, и таким образом сделано важнейшее изобретение в области строительной техники, которое сохраняет свое значение до наших дней. В нише одного из домов обнаружена статуэтка, выточенная из алебастра. Погребения представлены главным образом захоронениями детей со стойким погребальным обрядом — в скорченном положении на боку. Тела усопших заворачивали в циновку и обильно посыпали охрой. Погребальный инвентарь, как правило, весьма разнообразен — каменные сосуды, выточенные из алебастра статуэтки, различные украшения. Поселение Савван III окружено обводной стеной, которая перекрывает заплывший ров. Характерны дома т-образной планировки, состоящие из хозяйственных и жилых комнат. Во дворах расположены очаги и разного рода хозяйственные ямы. Четкая планировка многокомнатных массивов, стены которых снаружи снабжены регулярно расположенными пилястрами, заметно превосходит несколько хаотичную застройку хассунских поселков. Отдельно располагалась более крупная постройка, предположительно определяемая как святилище. Достаточно просторны и дома, раскопанные на Чога-Мами, площадью от 40 до 60 м2, состоящие из 7—12 76

комнат. Устойчивый тип удобных жилищ — один из выразительных признаков культурного благосостояния.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах
Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах

Данная книга известного историка Е. Ю. Спицына, посвященная 20-летней брежневской эпохе, стала долгожданным продолжением двух его прежних работ — «Осень патриарха» и «Хрущевская слякоть». Хорошо известно, что во всей историографии, да и в широком общественном сознании, закрепилось несколько названий этой эпохи, в том числе предельно лживый штамп «брежневский застой», рожденный архитекторами и прорабами горбачевской перестройки. Разоблачению этого и многих других штампов, баек и мифов, связанных как с фигурой самого Л. И. Брежнева, так и со многими явлениями и событиями того времени, и посвящена данная книга. Перед вами плод многолетних трудов автора, где на основе анализа огромного фактического материала, почерпнутого из самых разных архивов, многочисленных мемуаров и научной литературы, он представил свой строго научный взгляд на эту славную страницу нашей советской истории, которая у многих соотечественников до сих пор ассоциируется с лучшими годами их жизни.

Евгений Юрьевич Спицын

История / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное