Читаем Первые цивилизации полностью

Именно Джейтунская культура явилась фундаментом для последующей эволюции энеолитических комплексов раннеземледельческой культуры, получившей по эталонному памятнику наименование анауской. На грани между Джейтунской и анауской культурами происходит качественная смена типов в разных категориях артефактов, позволяющая говорить о начале новой археологической культуры. Именно в рамках этой культуры имела место адаптивная модификация комплекса раннеземледельческого типа в данной природной среде (Массон, 1986б). Процесс начался еще в пору Джейтунской культуры и развивался по мере освоения раннеземледельческими племенами подгорной равнины. В результате сложились устойчивые производственные и жизнеобеспечивающие подсистемы, а также в той мере, в какой это представлено материалами археологии, соционормативная система, с которой связаны погребальные обряды и ряд культов и ритуалов. В развитии анауской культурной традиции на ранних этапах доминировала спонтанная трансформация. Проявления стимулированной трансформации, компоненты которой генетически восходят к эламо-месонотамской среде, первоначально незначительны. Анауская культура прошла в своем развитии несколько стадий или периодов, различия между которыми нашли особенно яркое выражение в керамических наборах. Для определенных этапов могут быть выделены и территориальные, или локальные, варианты. Время существования анауской культуры в целом приходится на V — начало III тыс. до н. э. Наиболее ранним в свите этих последовательных комплексов является комплекс Анау IA, выделенный еще при раскопках нижних слоев северного холма Анау в 1904 г., что полностью подтвердилось последующими исследованиями (Ершов, 1956; Курбансохатов, 1983). Для него характерны небольшие дома, построенные из прямоугольного сырцового кирпича, конические терракотовые пряслица и медные изделия, существующие наряду с деградирующей кремневой индустрией. Памятники, содержащие слои этого типа, распространены в тех же районах, что и поселения Джейтунской культуры. В одном случае слои с материалами типа Анау IA перекрывают Джейтунские напластования (Монджуклы-депе). На значительной площади эти поселения раскопаны в районе Меана- Чаача (Бердыев, 1968, 1972). Мощность культурных напластований с материалами типа Анау IA колеблется от 3 до 4 м. Земледельческо-скотоводческое хозяйство в пору Анау IA развивало традиции, сложившиеся в период существования Джейтунской культуры. Полуполивное земледелие базировалось на использовании паводковых вод подгорных речек и ручьев. В одном случае даже отмечен своеобразный потоп, когда культурные слои оказались разделенными полуметровым слоем глины (Лисицына, 1965, с. 152). Два поселения, исследованные в районе Меана-Чаача, — Монджуклы и Чакмаклы состоят из небольших однокомнатных домов, находящихся по обе стороны узкой улочки. Внутри домов имеются выступы, расположенные друг против друга и как бы делящие такой прямоугольный дом на две комнаты. В центре одного из поселений выделяется более крупный дом аналогичной планировки, но его пол и стены окрашены в красный цвет. Видимо, перед нами общинное святилище, повторяющее своей планировкой тип традиционного жилого дома. Из керамических форм характерны полусферические чаши, небольшие конические миски и горшки. Роспись производилась темно-бурой и темно-коричневой краской по красному или светлому фону. Преобладают сравнительно несложные геометрические композиции, образованные треугольными фигурами с сетчатым заполнением. Терракотовые статуэтки животных и конусовидные фишки продолжают традиции, сложившиеся еще в пору неолита. Важным нововведением явилась обработка металла, причем сразу же представлены такие совершенные технологические приемы, как литье в открытую форму, ковка плавленой меди и промежуточный обжиг (Терехова, 1975). Достаточно разнообразен и набор изделий из меди — шилья и четырехгранные орудия с заостренным концом, двулезвийные ножи и сравнительно крупный наконечник дротика. Совершенно ясно, что в это время на юге Средней Азии складывается металлургический очаг, работающий на привозном сырье, скорее всего, иранского происхождения.

В комплексе Анау IA наблюдается сочетание Джейтунских неолитических традиций и ряд нововведений как технологических (металлургия, прядение при помощи конических пряслиц), так и культурных (новые типы в керамическом производстве, новый тип кремневой индустрии, заметно отличный от Джейтунской). Есть основания полагать, что внедрение инноваций в местную культурную среду (ср. с. 25) было связано с продвижением племенных групп из областей Центрального Ирана, инкорпорировавших местное население в систему своих родовых общин. Это проявилось в частичном сохранении Джейтунских культурных традиций (Массон, 1982ж, с. 19—20).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах
Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах

Данная книга известного историка Е. Ю. Спицына, посвященная 20-летней брежневской эпохе, стала долгожданным продолжением двух его прежних работ — «Осень патриарха» и «Хрущевская слякоть». Хорошо известно, что во всей историографии, да и в широком общественном сознании, закрепилось несколько названий этой эпохи, в том числе предельно лживый штамп «брежневский застой», рожденный архитекторами и прорабами горбачевской перестройки. Разоблачению этого и многих других штампов, баек и мифов, связанных как с фигурой самого Л. И. Брежнева, так и со многими явлениями и событиями того времени, и посвящена данная книга. Перед вами плод многолетних трудов автора, где на основе анализа огромного фактического материала, почерпнутого из самых разных архивов, многочисленных мемуаров и научной литературы, он представил свой строго научный взгляд на эту славную страницу нашей советской истории, которая у многих соотечественников до сих пор ассоциируется с лучшими годами их жизни.

Евгений Юрьевич Спицын

История / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное