Читаем Первая сказка полностью

Испугавшись своих мыслей, Сероглазый выскочил из воды. Сначала он хотел было направиться обратно к пещере, потом представил себе Длинноволосую, стоящую на четвереньках, и Отца с большим рубилом… Сероглазый повернулся и побрел вдоль реки. Звук его голоса, жалобный и резкий, обрывался на высокой ноте, нарушая тихое спокойствие природы.

Сероглазый целый день бесцельно бродил по степи, и только с наступлением темноты вернулся в пещеру.

Тут только он почувствовал, как сильно проголодался: за прошедшие два дня ему так и не пришлось по-настоящему поесть. Отец, увидя вошедшего брата, жестом подозвал его и дал большой кусок мяса. Сам он уже съел, сколько мог, и теперь раздавал еду сородичам. Судя по всему, Отец пребывал в благодушном настроении; взгляд его лениво скользил по фигурам матерей и наконец остановился на Длинноволосой. Она сидела на корточках и с увлечением глодала кость. Отец призывно заревел, но девушка, видимо, не придала этому значения и даже не взглянула на своего повелителя. Тогда Отец поднялся, кряхтя, и сам подошел к ней. Девушка, не выпуская кость, пронзительно завизжала. Сероглазый, сжавшись в комок, со страхом ожидал развития событий. Вдруг Длинноволосая, не переставая визжать, размахнулась и со всей силы ударила Отца костью по ноге. Тот покачнулся, но устоял; от неожиданности Отец совсем растерялся, он удивленно смотрел то на девушку, то на кость, и, видимо, не понимал, что происходит и как ему поступить. За всю жизнь он не встречал матерей, которые вели бы себя подобным образом. Замешательство Отца длилось не больше мгновения; удивление на его лице сменилось злобой, он поднял дубину и одним ударом свалил на землю взбесившуюся мать. Потом он принялся методично избивать ее — девушка лежала неподвижно, не издавая ни звука — должно быть, потеряла сознание. Наконец Отец успокоился, прошел обратно на свое место и знаками подозвал к себе сразу двух матерей, давно прирученных и покорных.

Сероглазый испытывал жгучее желание броситься на Отца и растерзать его, но великий страх перед главой рода все-таки оказался сильнее. И Сероглазый, глядя на избиение своей пленницы, только подпрыгивал, бессильно колотил себя в грудь и жалобно кричал.

Было уже совсем темно, когда Длинноволосая открыла глаза. Она еще долго лежала неподвижно, чувствуя, что Сероглазый где-то рядом, и ей даже казалось, что она различает его силуэт в темноте. Сам же он спал, не дождавшись ее пробуждения, измученный своими переживаниями, и нервно вздрагивал от каждого шороха…


Длинноволосая превращается в огромного муравья. Муравей наползает на Отца и тащит его по снегу, оставляя кровавую борозду, в пещеру Дарующего Жизнь. Там сидит он, Сероглазый; ударом камня он разбивает Отцу голову. Муравей выбегает из пещеры и взбирается на вершину холма, где растет одинокое дерево; Сероглазый бросается за ним вслед.


Те же мысли, что и днем, преследовали Сероглазого и во сне: желание владеть девушкой, надежда на помощь Длинноволосой в борьбе с Отцом. Нет, Сероглазый не был слабым или трусом. Он повзрослел, и теперь его низкая массивная фигура с мощными руками могла внушить страх любому, но только не Отцу. На стороне Отца был закон и повиновение всех членов Семьи. Одна Длинноволосая осмелилась нарушить этот закон. Это удивило и обрадовало Сероглазого: он действительно мог рассчитывать на ее помощь.

Прошло несколько дней. Еды в пещере по-прежнему хватало, и люди не отходили от своего становища. Отец больше не пытался соблазнить Длинноволосую. Он, должно быть, разочаровался в своих ожиданиях; девушка оказалась слишком молода для него. Как и каждый мужчина, он предпочитал более старых и опытных женщин и не хотел тратить силы на возню с этим лохматым капризным недоростком. Тем не менее Отец пристально следил за новой матерью и Сероглазым: он смутно чуял в них какую-то угрозу для себя и не позволял им выходить из пещеры. А Сероглазый с каждым днем все больше привязывался к Длинноволосой; он часами сидел рядом с ней, разглядывая ее тело, он делился с ней мясом и иногда, когда Отец не смотрел в их сторону, осмеливался даже дотрагиваться до нее пальцами — нежная кожа Длинноволосой была восхитительна на ощупь и приводила Сероглазого в состояние безумной радости. Девушка смотрела на него ласково и все время старалась быть к нему поближе. Сероглазый чувствовал, что она отвечает ему взаимностью…


Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее