Читаем Персона полностью

– Правда, людям не нравится, когда я злой. Дезидерия расстраивается. И мама тоже. Отец как-то раз засунул меня в ванну со льдом, чтобы наказать. Так он учил меня, что нельзя вредить другим людям. Так и поступим. Полезайте в ванну.

– Оставьте его в покое! Прекратите.

Мольбы Андреа ничуть не тронули охваченного Даром Исидора. Эвандер взял с ближайшего шкафа таз, служивший для умывания.

– Вылейте на себя. В наказание за то, что сделали мне больно!

Эвандер послушно вылил себе на голову холодную воду.

– Исидор, так вы ничего не добьетесь! Эвандер ни в чем не виноват, – вступился Андреа.

– Но он сделал мне больно! Хочу, чтобы он ушел! Да! Убирайтесь! Идите вниз, найдите стражу, скажите, что вы дети из Оффиция! Мне плевать на вас, я просто хочу, чтобы меня оставили в покое! Отстаньте от меня!

Исидор громко закричал, и эхо его Дара сделало крик еще более пугающим. Насквозь мокрый Эвандер уже двинулся к двери, но Андреа быстро встал у него на пути.

От природы хрупкий Персона не сумел бы удержать сильного и крепкого Эвандера. Он попытался выхватить из сумки маску Вильнюса в надежде, что такая трансформация придаст ему сил. Андреа не успел осуществить свой план, потому что Эвандер крепко схватил его за руки, отодвигая от прохода.

Мозги Андреа заработали с новой скоростью. Ему надо было найти решение, да побыстрее! Если он ничего не придумает, Эвандер и в самом деле выйдет к страже, как приказал Исидор, и расскажет о том, кто они и как там оказались. Андреа еще мог двигаться самостоятельно, и это придавало ему надежды. Возможно, какая-то часть Исидора еще доверяла ему. И тогда Персона заговорил первое, что пришло ему в голову:

– Я дружил с лирохвостом!

При этих словах Исидор вздрогнул. Все еще подвластный его воле Эвандер остановился, сжимая руки друга. Персона продолжил:

– У моей матери жил лирохвост. С характерным округлым золотым хвостом. И двумя красными глазами-рубинами.

Описание захватило внимание Исидора. Он никогда не видел лирохвоста, а ведь эти создания Света показывались только тем, кто был по-настоящему достойным. Если лирохвост жил с Андреа, он не мог оказаться подлецом…

– Лирохвост не пел. И не кричал. Он всегда оставался наблюдательным и присматривал за мной. Когда мама отпускала меня побегать по полям, меня всегда сопровождала тень лирохвоста. Он летел надо мной и не сводил с меня глаз.

– Этот лирохвост все еще живет с вами? – спросил Исидор.

– Он умер десять лет назад.

Эвандер, все еще подвластный Дару Исидора, не мог вернуть себе контроль и продолжал сжимать руки друга.

– Я тоже потерял родителей. Это произошло двенадцать лет назад, – рассказал Исидор.

– Мы понимаем вашу боль, ведь сами проживаем ее. Эвандер тоже. А еще мы боимся за тех, кто по-прежнему жив. И за себя тоже боимся. Вы думаете, если Понтифик и стража схватят нас, то просто вернут в Оффиций, где мы будем жить долго и счастливо? Как бы не так. Нас бросят в казематы. Мы видели камеры, там нет света и нельзя выйти на воздух. Там ничего не видно и не слышно. Понимаете, господин Исидор? Все мы боимся того, что нам придется действовать по чьей-то указке… Это вполне естественно. Все мы люди. И нами управляют эмоции.

Первый раз в жизни Исидор почувствовал, что его уважают. Андреа разговаривал с ним на равных. Он не видел в Исидоре инфантильного ребенка, как другие. Наоборот, его последние слова говорили о том, что Андреа считает Исидора нормальным. Не монстром, не маленьким ребенком, неспособным принимать собственные решения.

Исидор освободил Эвандера от чар. Он упал в объятия Андреа и с силой выдохнул, трясясь от ужаса.

– Это… это… – начал он.

– Отдышись, – посоветовал Андреа.

– Я… я… мог напасть на тебя! Ранить! Но ведь это был не я! Я не контролировал себя!

– Я знаю, не будем об этом сейчас. Все пройдет, – уверил его Андреа.

– Мне… не хватит сил, чтобы вывести его в одиночку! Я не могу пойти с ним один! Спускайся с нами под личиной Вильнюса, – просил Эвандер.

– Это невозможно. Я должен оставаться здесь. Таков план. Ты справишься, – и тихонько зашептал на ухо другу – Если ты будешь бояться, он это поймет. Ты должен заставить его чувствовать себя в безопасности, как если бы я был с вами.

Исидор внимательно наблюдал за ними. В прошлом он общался лишь с Дезидерией и крайне редко пересекался с людьми своего возраста. Проявление дружбы заставило его нервничать.

Затем он оглядел поломанную модель и пожал плечами, признавая свою неправоту:

– Я не смог бы улететь на этих крыльях.

Андреа не стал высказывать сомнения в том, что крылья сумеют удержать вес юноши в воздухе даже будучи полностью собранными и отремонтированными. Прототип был гениальным, но наверняка привел бы к гибели испытателя. Исидор мог доработать модель и стать известным изобретателем.

Персона продолжил уговаривать юношу:

– Вам ведь хочется уйти отсюда.

– В глубине души – да. Мне здесь никогда не нравилось. Впрочем, Понтифик весьма любезен.

Только Аурикула вроде сестры Агнессы услышала бы, как тихо Андреа скрипнул зубами при этой похвале.