– Обещаю, – уверил ее Андреа.

– Надеюсь, ты сдержишь слово!

Ее сомнения заставили юношу улыбнуться. Он загадочно улыбнулся кончиками губ и добавил:

– В мире дается столько обещаний…

Андреа оставил фразу незаконченной, что не могло не обеспокоить малютку Пакс. Она тревожно поморщилась, думая, что юноша поймет ее и закончит мысль.

– Это изящная поэзия, – объяснил он. – Эфемерные стихи, которые люди складывают вдвоем. Один из нас начинает предложение, а второй заканчивает. В мире дается столько обещаний…

– … сколько способных ко лжи людей?

Андреа разразился хохотом, и Пакс надулась:

– Что не так? Глупости эта твоя поэзия, и стихи никудышные!

– У тебя хорошо получилось! Немного пессимистично. Потребуется время, чтобы ты научилась доверять людям.

– Какого ответа ты ожидал?

– Даже не знаю. «В мире дается столько обещаний, сколько путей для двоих». Изящная поэзия – это философия. Вера в человечество. Ода взаимовыручке, любви к ближнему и к природе.

– Фило… что? – не поняла Пакс.

– Наука о жизни, – объяснил он.

– Ты выражаешься очень сложно, – небрежно отмахнулась малышка.

Музыка Андреа стала веселее, предлагая им помечтать. Напев пробирался через темные туманы зимней ночи.

– Откуда ты знаешь эту поэзию? – спросила Пакс.

– Я вырос на границе между Медными равнинами и Серебряным королевством. Меня научила мать.

– У тебя была мать?

– Она была у каждого, – ответил Андреа.

– Нет, мать, которая не оставила тебя одного. Не выбросила, – пояснила девочка.

Звуки лютни растворялись в темноте. Андре подпевал им…

– Как бы я хотел…

Он поднял голову к небу. Облака над ними разорвались, приоткрыв кусок небесного купола. Некоторое время звезды мерцали для них, после чего небесные огни вновь поглотил холодный туман. Пакс выждала момент, после чего снова спросила:

– И что, есть у тебя любимая строчка?

– Их много. Можно выбрать только одну? Давай подумаем…

Андреа задумался, после чего задумчиво изрек:

– «Звезды слышат молитвы… тех, кто умеет слышать свое сердце».

Отголоски его слов растворились в тумане, они дошли до сердца Пакс.

– Я не звезда, – признала девочка, пожав плечами. – Но я готова выслушать, что у тебя на сердце, если потребуется.

– Ты крошечный огонек. Ни на что не похожий.

– Думаешь? – засомневалась она.

– Да. Ты светлячок. Всегда кружишь и никому не позволяешь поймать себя, – ответил Андреа.

– И мне это нравится, – не без доли гордости признала девочка.

Юноша продолжал играть на лютне. Они вдвоем сидели на крыше Западного Оффиция, между ними лежала немая маска Присциллы со следами слез. На его собственном лице теперь играла улыбка.

21

Сомнения Понтифика

Вечер 18 июня

За три дня до свадьбы

Андреа хотел, чтобы их с Пакс звездные ночи длились вечно. Он больше не оставался один во тьме. Рядом с ним был его светлячок.

Исчерпав репертуар, он растянулся на полу террасы. Они с Пакс легли валетом, и юноша принялся выискивать созвездия, часть которых он придумал сам:

– Вот это похоже на очаровательного медвежонка.

– Медвежонка? – переспросила девочка.

– Да, погляди. Вон там – голова… – Андреа вытянул руку, вырисовывая пальцем связь между звездами. – Он здоровается с нами. Какой вежливый!

– Какой-то у тебя неправильный медведь, деформированный! Я нашла созвездие получше! Пьяная башня!

– Я правильно расслышал, ты сказала «пьяная башня»?

– Да, погляди! Она согнулась, потому что слишком много выпила! И теперь извергает поток крошечных звездочек! – объяснила девочка.

– Согнувшаяся башня?

– Да, смотри, вот у нее ноги, – как ни в чем ни бывало ответила Пакс.

– У тебя невероятное воображение, светлячок, – засмеялся Андреа.

– Это из таких звезд делают Светлую Пыль? – спросила она.

– Сестра Агнесса разве не рассказывала, что это такое?

Пакс повернулась к Андреа и покачала головой. Он принялся объяснять:

– Это материализовавшиеся частицы Света. Иногда крохи Пыли можно найти в горах и в лесу, где она лежит тонкими слоями. Пыль падает с неба.

– Она опасна? – спросила Пакс.

– В небольших количествах она не вредит обычным людям. Но в больших дозах приводит к неожиданным последствиям… Некоторые подсаживаются на нее. Поэтому долгие годы было запрещено употреблять и использовать Пыль.

– Уверена, что существует незаконный оборот Пыли! – заявила девочка.

– Твоя вера в человечество не перестает поражать меня, светлячок!

Андреа заложил руки за голову и вздохнул:

– Пыль представляет опасность для нас. Она усиливает Дар, и тогда становится крайне трудно скрывать его. Если в такой момент ты находишься на задании, это страшно мешает…

– Вот теперь я понимаю…

– Что заставило тебя спросить о Пыли?

– Я слышала, как Северин говорил о ней, но не все поняла. А ты все знаешь… – затянула Пакс.

– Ты могла бы найти ответ в библиотеке Оффиция. Там наверняка найдется больше знаний, чем у меня в голове, – предложил Андреа.

– Да, но тогда мне придется тратить время на чтение старых книг! Они воняют плесенью, и их погрызли крысы! – отмахнулась малышка.

– Тогда сочту твои слова за комплимент!