– Вы и в самом деле странный человек, – заключила Элоиза.
Суждение принцессы было справедливым и заставило Андреа насторожиться и удивиться. Он предпочитал наслаждаться происходящим:
– Меня часто называют странным. Что позволило вам прийти к такому выводу?
– Ваше присутствие здесь. Тон, которым вы говорите. Вас ведь наняла Дезидерия?
– Знаете, нас кто только ни нанимает…
– Однако из всех заказчиков именно она привела вас сюда. Во дворец. Накануне моей свадьбы. Втянула в суицидальную миссию…
Андреа засомневался, можно ли смеяться в такой ситуации, когда Элоиза вдруг приглушенно захихикала, а затем вовсю рассмеялась. Она встала и полностью развернулась к нему:
– Сейчас мне, к сожалению, плевать, наивный вы или слабоумный. Мой бедный друг… Судя по всему, вы убеждены, что Дезидерия, освободив брата, сразу ринется вам на выручку. Зная ее, предположу, что она даже дала вам слово. Дезидерия охотно дает клятвы, которые не собирается выполнять, если ей это выгодно. Она просто пожертвовала вами. Я первая сочувствую вам, вы стали разменной монетой.
На этот раз Андреа промолчал, вжавшись в изогнутое кресло. Он начинал терять самообладание. Элоиза наслаждалась моментом, возвышаясь над юношей и пронзительно вглядываясь в него.
– Вы к такому не привыкли? Вас ведь кто только не нанимает! Вы благословлены Светом и знаете, что такое быть пешкой.
Андреа открыл рот, но ни одно слово не слетело с его губ. Элоиза подождала, беспокойно переступая на одном месте:
– Считали, что Дезидерия другая? Что она всем рискнет ради вас? Единственное, что ее интересовало, – Исидор. Вы для нее ничего не значите. Однако были страшно горды считать иначе.
Часть Андреа отказывалась верить принцессе. Последние три дня вселили в него надежду. Долгие годы он ждал, когда сможет снова довериться взрослому. Он выбрал Дезидерию, ведь она ответила ему взаимностью. Она прошла через столько трудностей, узнала его историю, неудачи, самые горькие тайны… Неужели все это с самого начала было притворством?
Теперь Андреа понял, что для выживания ему стоило довериться собственному инстинкту, а не незнакомке с темными глазами, утверждающей, что любит брата. Юноша хорошо понимал эпитеты Элоизы. Наивный и доверчивый. В конце концов, это была очень точная его характеристика.
– Вы похитили Исидора ради его Дара, Дара Ауры. Сначала я не понимал почему, ведь у вас все есть. Вы наследная принцесса Фаоса и находитесь на вершине социальной лестницы. И тут я посмотрел на нее с другой точки обзора. Как и вы, Ваше Высочество.
Элоиза нахмурила брови. Андреа продолжил:
– Империй при смерти. Наверняка созовут новый Консорций, чтобы избрать нового властителя семи корон Люкса. Вы не пользуетесь особой популярностью. Выйдя замуж, вы только-только успеете стать королевой и останетесь самым молодым сувереном земель континента. Но с Даром Ауры… ставки меняются. Вы сумели бы повлиять на ход голосования. И стали бы новым Империем, да еще и без Воплощенного, который ворчал бы у вас за спиной. Как удачно он пропал! Вы оказались бы единоличной правительницей Люкса.
– Видите, вы отличаетесь от остальных. Вы удивительный, – отметила Элоиза.
– Просто наблюдательный. Мне нравится ставить себя на место других.
Элоизе больше не хотелось скрывать свои мысли. Как и многие до нее, она решила открыться Андреа:
– Неважно, сколько мне лет. Правители Люкса никогда бы не избрали своим главой женщину. Прошли века с тех пор, как в Пиксисе восседала правительница. Одна женщина на сотни мужчин. Они так быстро захватывают власть и удерживают ее. И делают это, чтобы укрепить свое господство.
– У вас уже есть целое Серебряное королевство. Вам недостаточно?
– Свет присутствует во всем Люксе, не только в Серебряном королевстве.
– При чем здесь Свет?
– Свет несет ответы на все вопросы. Создает неравенство, тени. Почему кого-то Свет благословляет, а о ком-то забывает?
Андреа высказал мысль, показавшуюся ему очевидной:
– Вы хотели бы обладать Даром.
На этот раз Элоиза нахмурилась.
– Ваш отец охотился за нами, презирал нас… Посмотрите, во что он нас превратил. На нас годами указывали пальцем, обвиняли во всех несчастьях… Нечему завидовать. «Зависть и неизвестность порождают страхи, которые являются не их проявлением, а лишь их оправданием», – заключил Андреа.
Она тихонько рассмеялась, а ее взгляд устремился к далеким воспоминаниям:
– Когда я была ребенком, то мечтала стать особенной. Владеть ветрами, как Аквила, узнавать правду из уст каждого, как Коэртиция, или менять внешность, как вы. Мне хотелось стать Персоной. Но мне не довелось родиться никем из вас, и все Дары остались лишь в моем воображении. Единственное, что дал мне Свет, – пятна на коже.
– Чтобы проживать приключения совершенно необязательно обладать Даром, Ваше Высочество.
Андреа произносил эти слова мягко и искренне. Принцесса была поражена: казалось, будто Андреа забыл, что он пленник! Он продолжил тем же тоном: