Читаем Перепутье полностью

— Нет, это же надо! — надо запомнить этот феномен, когда Эван Роше злится, он говорит очень тихо, подозреваю, мне эти знания пригодятся. — Все с ног сбились, тебя по всей округе ищут, в панике мечутся, а ты просто нагло дрыхнешь!

— А что меня искать, куда я из дома-то денусь? — я попытался перевернуться на другой бок, но с меня бесцеремонно сорвали одеяло.

— Так значит, тебя не нужно было искать? Ты представь, что мы подумали, когда увидели полное разрушение твоей комнаты и твое отсутствие в ней! Учитывая то, что ты приволок камней непонятно откуда на приличную сумму, то мы пришли к логическому выводу о твоем похищении. И это как минимум.

— Вы параноики, отстаньте от меня. Камни эти оказались в доме больше полугода назад, если бы хоть кто-то ради возмещения убытков и восстановления справедливости решил вломиться в мой дом, то сделал бы это уже давно. Или хотя бы не тогда, когда в этом самом доме полно народу. Дайте мне поспать. На меня ночью потолок, между прочим, упал. И вообще, откуда вы узнали про камни?

— Мне Эдуард рассказал.

— Ну конечно, кто еще мог это сделать, — я открыл глаза и посмотрел на полковника. — Значит уже просто Эдуард? Быстро же вы спелись. Но тогда что же вы у Эдуарда не спросили, что произошло, и где я могу находиться?

— Деймос, хватит вести себя как ребенок.

— Так, может быть, вы все перестанете вести себя со мной как с ребенком? — я подскочил на кровати. — Может, уже начнете посвящать меня в то, что планируете со мной сделать? И не надо заливать про то, что его величество, которого даже в облике призрака мы все чуть ли не целуем в его призрачный зад, нас попросило присмотреть за одним неуравновешенным сиротой. Хватит. Мне это надоело. Если хотите в ответ получить послушание, о которым все так бредите, постарайтесь хотя бы проявлять ко мне хоть каплю уважения.

— Что за склонность к эксгибиционизму? — полковник хмыкнул, разглядывая меня, а я внезапно вспомнил, что абсолютно голый. На мой спич о взаимном уважении и почитание моего предка Роше никак не отреагировал, по крайней мере внешне. Покраснев, я схватил покрывало и укутался в него, пробурчав:

— В определенных вопросах вы удивительно похожи на Дэрика. Но этот дом всегда принадлежал Фолтам. Какой идиот мог попробовать меня отсюда выкрасть? Да в этот дом вообще может войти без членовредительства только тот, у кого есть допуск!

— Хорошо, — Эван скрестил руки на груди. — Тогда как здесь оказались твои друзья и я? Только не говори, что открыл нам этот допуск. — Я хотел что-нибудь ответить, но быстро захлопнул рот. Я действительно не открывал допуск ни для Эвана, ни для Ванды с Реем. Да я вообще не знаю, как это делается. — Или ты хочешь сказать, что это директор Сандер вовремя подсуетился?

Я молчал. Алекс не мог этого сделать, он не член Семьи. И если нахождение здесь друзей было теоретически возможным — они переправились сюда вместе со мной, то вот как в дом смог войти полковник, оставалось для меня загадкой. Обычно кобольды мариновали всех на пороге. Но они каким-то образом определяли, кому было разрешено входить. Сейчас же… Неужели защита, которую уже лет двести никто не обновлял, все-таки сломалась?

— Ты сейчас в обморок упадешь, пытаясь понять, что с защитой и каким образом она отключилась, — в комнату зашел Эдуард. — Не волнуйся, это я настроил допуски всем присутствующим. Ты пока этого делать просто не умеешь.

— Но… — я попытался как-то возразить, однако Эд не дал мне этого сделать.

— Как удобно, что я все-таки Фолт, не правда ли? Я успокоил твоих друзей, сейчас они ждут нас в столовой на завтрак. В этом доме не нашлось ничего подходящего им по размеру. Полагаю, необходимо начать сегодняшний день именно с приобретения одежды.

— Я очень сильно сомневаюсь, что и Ванда, и Рей позволят купить мне им хотя бы носки, — пробормотал я, понимая, что подобное положение дел — это всего лишь отговорка и сделать так, чтобы, во-первых, они не приняли этот жест за подачку, а, во-вторых… Вот тут я завис. Не могу представить, на что могут пойти ребята, если обидятся.

— Тебе идет, когда ты думаешь, — я покосился на Эдуарда. — Сразу начинает казаться, что в твоей голове присутствуют зачатки мозга.

— Почему ты в последнее время меня оскорбляешь? — тихо спросил я Эдуарда.

— Потому что окончательно убедился, что ты умеешь работать в полную силу, только испытав сильнейший стресс. Ты сам-то понимаешь, насколько это неправильно? — я молчал. Не знаю, что ему ответить. Может он прав, я не знаю! — И, Деймос, тебе самому нечего надеть. Только спортивный костюм, который тебе любезно привез с собой полковник Роше.

Я непонимающе посмотрел на Эдуарда, а затем до меня дошло — вся моя одежда погибла вместе с моей комнатой. Я растерянно потер лоб. То, что я вчера не надел белье, делало мое положение еще более невыгодным, чем у моих друзей.

— И что ты предлагаешь?