Читаем Перепутье полностью

Так, отмерить немного силы и словно острым кинжалом перерезать пару нитей, питающих заклятье. Потерявший основной источник энергии светляк пару раз мигнул и погас. Комната погрузилась в темноту. Счет пошел на секунды. Я выскочил в проем и швырнул в, предположительно стоящего напротив арки, Кэмела заранее подготовленным заклятьем оглушения. Учитывая, что мой соперник предположительно владеет ментальной магией, а, значит, защищен куда лучше, чем остальные маги и не маги, я вложил в заклятье гораздо больше силы, чем полагалось, и, похоже, слегка перестарался. Раздался глухой удар падающего на бетонный пол тела, но мне было не до сантиментов и заботиться о хорошем самочувствии этого верблюда я совершенно не собирался. В два прыжка подскочив к телу, едва не споткнувшись об него и не упав рядом, я догадался применить теневое зрение. Терпеть не могу это заклинание: оно позволяет видеть в темноте, но неясно, словно через слой серого тумана, а потом, когда действие заклинания проходит, нужно время, чтобы обычное зрение восстановилось, то есть некоторое время я буду слеп. Однако в данной ситуации у меня не было другого выхода, и теневое зрение позволило разглядеть все, что мне было необходимо.

Артефакт выпал из разжавшейся руки Кэмела, так же, как и защитная тряпица. Поднять тряпицу и быстро завернуть в нее медальон было делом пары секунд. От того момента, когда я выключил светляка, до того, как я вскочил и бросился бежать по коридору к выходу, прошла всего одна минута.

— Бежим, — на бегу я схватил Ванду за руку, и потащил к выходу.

Дальше начался забег до дома через кусты, половина из которых были колючими. Учитывая, что от адреналина, который упорно гнал меня вперед, я особо не задумывался о том, что нужно не бежать по кустам, а тихо и аккуратно красться. То-то садовник очень удивиться по утру, и будет гадать, какие слоны, а скорее свиньи, умудрились за одну ночь сломать его творения.

— Дей, у меня блузка порвалась, — на бегу проговорила Ванда.

— Плевать, — я еще усилил скорость. Дом уже было видно. Мы как раз пересекали дорожку, вокруг которой совсем недавно стояли журналисты, ожидающие приезда богатых и знаменитых. Мы успели добежать до тех кустов, в которые я нырнул после того, как слинял через балкон, когда теневое зрение исчезло.

Я сразу же споткнулся и упал.

— Дей, что с тобой? — обеспокоенный голос Ванды заставил меня перевернуться на спину. Представляю, как я сейчас выгляжу: одежда во многих местах порвана, лицо бледное, зрачки расширены до максимального размера. Просто мечта любого протектора.

— Я применил теневое зрение, — просто ответил я.

— Ты идиот? — Ванда ударила меня кулачком в плечо. — Как я тебя сейчас поволоку? Ты же меня больше в два раза.

— Ну не в два, не наговаривай. В два раза тебя Рейн больше, если подумать, то Гволхмэй почти в два раза больше, но не я. А где Рейн? Почему я его не слышу, вместе с нудным бубнежом Эда, читающим нам очередную нотацию?

— Точно, Рейн, — судя по звуку, Ванда хлопнула себя по лбу. — Где его черти носят? Залман тебя быстро куда надо дотащит. Так, лежи здесь, а я пойду его искать.

— Конечно, полежу, куда я по-твоему денусь? — проворчал я, почувствовав, что остался один.

По всей видимости наш лимит удачливости на сегодняшний день был исчерпан.

Как только я расслышал, как Ванда пошла по дорожке, а звуки я сейчас воспринимал очень отчетливо, гораздо лучше, чем когда с моим зрением было все в порядке, случилось непредвиденное: кто-то выполз ей навстречу.

— Эй, девка, стой, я к тебе обращаюсь, — я не сразу узнал голос, так как парень был слегка навеселе, но потом понял, что этот голос принадлежал капитану моей команды на сегодняшней игре, как там его зовут? По-моему, Уилсон.

— Да, сэр, что вам угодно? — Ванда умничка не стала права качать, а решила разрешить непростую ситуацию мирным путем. Все-таки непонятно, сколько времени нам предстоит тут еще провести.

— Ты, похоже, со свиданья идешь, — хохотнул Уилсон.

— Вас это нисколько не касается, сэр, — послышалась какая-то возня, потом Ванда вскрикнула. — Ой, пустите меня.

— И куда же ты так спешишь?

— На примерку аппарата искусственного дыхания, — похоже терпение Ванды подходило к концу.

— Чего? — от такого ответа Уилсон слегка опешил.

— Отпустите, сэр, а то придется этот аппаратик примерить на вас, — ну все, голосок Ванды зазвенел, а когда она злилась, даже нашим инструкторам доставалось. Я чуть не застонал от злости. Если бы я сейчас нормально видел, проблем бы не было. Ну подцепил Нейман официанточку на вечерок, Уилсон бы утерся и мимо прошел. Внезапно ситуация изменилась.

— Девушка же ясно дала понять, что ваши методы ухаживания ей не интересны, — голос Реггана был словно заморожен. Никаких эмоций. Что с тобой произошло, парень, и почему я чувствую, что это только моя вина?

— Отвали, твое место на кухне, — развязно процедил Уилсон. А вот это он зря. Гордость Гволхмэя, то немногое, что все еще держит его на плаву, не даст проглотить это.

Разговоров больше не было, послышался только звук удара и за ним звук падения большого тела.