Читаем Перекрестки сумерек полностью

Несмотря на различия между ними, Джолин, Теслин и Эдесина держались вместе, как стадо гусей. Если ты встречал одну, ты встречал всех трех. Возможно, это было из-за того, что, когда он встречал их на прогулке, тщательно закутанных в плащи и прячущих лица, минутой позже за ними следом появлялись Бетамин с Ринной и Ситой. О, совершенно случайно, но они никогда не выпускали «девочек» из поля зрения. Точь-в-точь гусиные пастухи. Даже слепой увидел бы, что никакие это не слуги. Сул’дам держались с видом людей, привыкших к уважению, людей, обладающих авторитетом, и двигались почти так же надменно, как и Айз Седай. Однако тут он уже ничего не мог поделать.

Бетамин и две другие женщины так же опасались других шончан не меньше, чем Айз Седай, однако они следовали за Айз Седай и тогда, когда те выходили в деревню или в городок, и Бетамин всегда докладывала те обрывки разговоров, которые им удалось подслушать, причем на лице Ринны играла заискивающая улыбка, а Сита вставляла своим щебечущим голоском, что «девочки» не услышали это или то либо сделали вид, что не услышали; никогда нельзя быть уверенным, когда имеешь дело с той, кто имеет наглость объявлять себя Айз Седай; возможно, он пересмотрит свое решение и разрешит посадить их на привязь, хотя бы до тех пор, пока не минет опасность.

Рассказы шончанок в действительности не так уж отличались от того, что говорили ему сестры. Разговоры горожан о том, что они услышали от проходящих мимо шончан. Многие из переселенцев испытывают беспокойство, их головы полны слухов о диких Айил, свирепствующих в Алтаре, хотя все местные говорили, что айильцы находятся где-то на севере. Впрочем, похоже, что кто-то из высокопоставленных думает так же, поскольку многие из переселенцев были перенаправлены к востоку, в Иллиан. Был заключен альянс с кем-то могущественным, кто, как ожидалось, должен обеспечить верховной леди Сюрот доступ ко многим землям. Этих женщин невозможно было убедить, что им не обязательно слушать сплетни. Они также отказывались отдать ему ай’дам. По правде говоря, эти серебристые ошейники и три сул’дам были единственным настоящим рычагом, которым он мог воздействовать на Айз Седай. Благодарность. От Айз Седай! Ха! Не то чтобы он в самом деле подумывал о том, чтобы снова надеть на сестер ошейники. По крайней мере, не часто. Он действительно завяз по уши.

По-настоящему Мэт не нуждался в том, что узнавали сул’дам и Айз Седай. У него были источники сведений получше – люди, которым он доверял. Например, он доверял Тому, когда седоволосого менестреля удавалось оторвать от игры в «Змей и лисиц» с Олвером или от перечитывания многократно сложенного письма, которое он таскал с собой за пазухой куртки. Том мог войти в общий зал в любом кабаке, рассказать какую-нибудь байку, может быть, показать пару фокусов и выйти оттуда, зная, что находится в голове у каждого из сидящих там людей. Еще Мэт доверял Джуилину – он справлялся почти так же хорошо, как Том, даже без фокусов и баек, – но Джуилин всегда настаивал на том, чтобы брать с собой Теру, которая робко цеплялась за его руку каждый раз, когда они выходили в город. Чтобы она снова привыкла к свободе, говорил он. Она улыбалась Джуилину, и ее большие темные глаза сияли, а маленький пухлый рот просил поцелуя. Может быть, она и была панархом Тарабона, как заявляли Джуилин и Том, но Мэт начинал сомневаться в этом. Он слышал, как некоторые из акробатов подшучивали над тем, как тарабонская служанка изматывает тайренского ловца воров до такой степени, что он едва может ходить. Впрочем, была она панархом или служанкой, но Тера по-прежнему порывалась опускаться на колени всякий раз, когда слышала протяжный акцент. Мэт полагал, что любой из шончан, которому вздумается задать ей вопрос, вытянет из нее все, что она знает, начиная с Джуилина Сандара и кончая тем, в каком фургоне располагаются Айз Седай, причем все ответы будут даны с готовностью и не подымаясь с колен. Тера, по мнению Мэта, была большей опасностью, чем Айз Седай и сул’дам, вместе взятые. Джуилин, впрочем, вспыхивал при малейшем предположении, что его женщина может оказаться ненадежной, и начинал крутить свой бамбуковый посох с таким видом, словно размышлял, не ударить ли Мэта по голове. У этой задачи не было решения, но Мэт отыскал временную меру, способ получить хотя бы маленькое предупреждение, если произойдет худшее.

– Разумеется, я могу за ними последить, – сказал Ноэл со своей щербатой ухмылкой, говорящей, что для него это детская игра. Приложив один узловатый палец к носу, он скользнул другой рукой под куртку, где прятал свои ножи. – Ты уверен, что не лучше сделать так, чтобы она наверняка не смогла ничего никому рассказать? Не волнуйся, паренек, я просто предложил. Если ты говоришь нет – значит нет.

Мэт как мог выразительнее сказал «нет». Он уже убил одну женщину в своей жизни и позволил, чтобы зарезали другую. Он не собирался отягощать свою душу еще и третьей.