Кэрри дочитала показания кэдди. По его словам, мистер Уикс ко всем женщинам относился одинаково и называл всех подряд «дорогуша, милочка, прелесть».

Его спросили, не называл ли Уикс Сьюзан как-то по-особенному.

«Ну, несколько раз я слышал, как он назвал ее „моя нежная роза“», — ответил кэдди.

Кэрри чуть не выронила папку. Джимми Уикс, клиент Боба. Может, поэтому Боб так странно повел себя, когда Робин сказала, что к Кэрри заходил по делу Джефф Дорсо?

Всем было известно, что Дорсо, адвокат Скипа Риардона, упорно, хотя и безуспешно, уже десять лет пытается добиться пересмотра дела.

Может, Боб, как адвокат Уикса, испугался того, чем обернется для его клиента новое судебное разбирательство?

«Несколько раз я слышал, как он назвал ее „моя нежная роза“». Эта фраза преследовала Кэрри.

Она закрыла папку и отправилась спать. Майкла Витти свидетелем не вызывали. И Джимми Уикса тоже. Опрашивала ли кэдди защита? Ведь должны были, подумала она. Уточняли ли они у Джейсона Арнотта, не выказывала ли Сьюзан особого интереса к какому-нибудь мужчине на его вечеринках?

Ладно, подождем, пока отчим Сьюзан пришлет фотографии, сказала себе Кэрри. Возможно, все это пустышка. И преобразили девушку, как я и говорила Джо сегодня, хороший макияж и красивая стрижка.

Деньги на это у Сьюзан были, достались по страховке матери. Да и доктор Смит отрицал, что делал пластику Сьюзан.

Подождем и посмотрим. Все равно сейчас ничего больше не сделать.

Четверг 2 ноября

В четверг утром Кейт Карпентер пришла на работу без четверти девять. На сегодня не было никаких процедур, а первый пациент записан на десять, так что доктор Смит наверняка еще не приехал.

— Кейт, — окликнула ее секретарша. — Звонила Барбара Томпкинс, хотела с тобой поговорить, сказала, что это очень важно. И попросила не сообщать доктору Смиту про ее звонок.

— Неужели у нее осложнения? — встревожилась Кейт. — Ведь после операции прошло уже больше года.

Прямо в пальто Кейт поспешила в свой кабинетик размером с кладовку, который обычно делила с бухгалтершей, и, закрыв дверь, набрала номер Барбары Томпкинс.

Рассказ Барбары привел ее в замешательство. Девушка была убеждена, что доктор Смит преследует ее.

— Я не знаю, что мне делать, — жаловалась Барбара. — Я так благодарна ему, миссис Карпентер, но мне страшно.

— Он подходил к вам?

— Ни разу.

— Ладно, дайте подумать. Я переговорю с одним человеком… Но вы точно больше ни с кем это не обсуждали? У доктора Смита безупречная репутация, и будет ужасно, если она пошатнется.

— Я никогда не смогу отблагодарить доктора Смита за все, что он для меня сделал, — тихо проговорила Барбара. — Но, пожалуйста, перезвоните мне поскорее.

В одиннадцать Грейс Хувер позвонила Кэрри и пригласила их с Робин на воскресный обед.

— Мы так редко видимся в последнее время, — пожаловалась Грейс. — Надеюсь, вы придете? Селия уж расстарается.

Селия работала у Хуверов по выходным и была превосходной кухаркой, гораздо лучше той, что жила у них с понедельника по пятницу. Каждый раз к приезду Робин Селия пекла орехово-шоколадные пирожные и печенье с шоколадной стружкой.

— Конечно, мы придем, — тепло отозвалась Кэрри.

Воскресенье — семейный день, подумала она, положив трубку. В воскресенье Кэрри всегда старалась устроить для Робин что-нибудь особенное. Они ходили в кино, музеи, а иногда и на бродвейские шоу.

Если бы папа был жив… Кэрри вздохнула. Они с мамой могли бы жить по соседству от нас. И если бы Боб Кинеллен был таким человеком, каким она его считала когда-то…

Хватит, велела она себе. Такие мысли нужно гнать, да поскорее. Им с Робин повезло. У них есть Джонатан и Грейс. И всегда будут.

Вошла Джанет, ее секретарша, прикрыв за собой дверь:

— Кэрри, вы назначили встречу Дейдре Риардон и забыли сказать мне?

— Дейдре Риардон? Нет.

— Но она в приемной и твердит, что будет сидеть, пока не увидится с вами. Вызвать охрану?

Господи, это же мать Скипа. Чего она хочет? — недоумевала Кэрри.

— Нет, Джанет. Пусть войдет.

— Мисс Макграт, не в моих правилах врываться к людям, но это слишком важно, — сказала Дейдра, едва за ней закрылась дверь. — Вы ездили в тюрьму к моему сыну, значит, у вас была для того причина. Что-то навело вас на мысль о возможной судебной ошибке. Я знаю Скипа и уверена, что он невиновен. Но почему вы отказались помогать ему? Да еще после того, что выяснили про доктора Смита.

— Дело не в том, миссис Риардон, что я не хочу ему помогать. Я не могу. У меня нет никаких новых улик. То, что доктор Смит сделал другим девушкам лицо своей дочери, странно. Но ничего противозаконного в этом нет.

Тревога на лице Дейдры сменилась гневом.

— Мисс Макграт, доктору Смиту неведом смысл слова «горе». Мы редко с ним виделись за те четыре года, что Сьюзан со Скипом были женаты. Да мне и не хотелось с ним встречаться. В его отношении к дочери было что-то… патологическое. Однажды Сьюзан испачкала щеку. Доктор Смит наклонился к ней и стер грязь. Он будто статую вытирал, так дотошно проверял, чтобы ни пятнышка не осталось. Он гордился ею, это правда. Но любовь? Нет и нет.