Читаем Пенсия для киллера полностью

Курьер кивнул, великодушно улыбаясь в знак согласия с тем, что тот всего лишь делает свою работу. Ассистент проводил посетителя в кабинет директора Сона. Гость двигался изящно и уверенно, отчего секретарь испытал чувство неловкости за недавний обыск. Курьер был выше и симпатичнее старшего секретаря агентства, носил очки в роговой оправе от Пола Смита и костюм от Хьюго Босса. Он не озирался по сторонам и не бормотал несвязные фразы; по всему было видно, что для него подобные задания — обычное дело. Судя по прямой осанке и твердой походке посыльного, его не с улицы подобрали: для всяких сомнительных и потенциально опасных миссий компании частенько нанимали посторонних специалистов, чтобы их потом не могли застукать на месте преступления.

Директор Сон бросил взгляд на фруктовую корзину, которую гость поставил на кофейный столик, и снова уткнулся в документы.

— Присядьте. Я почти закончил, — сказал он, не поднимая глаз. Когда посетитель устроился на кожаном диване, директор продолжил: — Вы пришли на десять минут раньше. Председатель Ли наверняка предупредил вас, что у меня очень плотный график, рассчитанный до секунд. Когда нас познакомили в клубе, вы показались мне человеком воспитанным…

Сон поднял голову, однако на диване никого не было. Он растерянно моргнул, и в этот миг курьер оказался позади него. У директора перехватило дыхание, но он не сразу ощутил давление на щитовидный хрящ.

Он инстинктивно потянулся руками к горлу, в то время как туго натянутая проволока все сильнее впивалась в плоть. Трясущейся рукой директор попытался достать тревожную кнопку под столом, но курьер коленом придавил кисть жертвы к подлокотнику кресла. Хрустнула кость, но крик директора захлебнулся, так как горло было сдавлено. Сон начал скрести по шее, чтобы ухватиться за проволоку, но ему не удалось просунуть под нее даже палец. Он начал шарить вокруг другой рукой, однако проволока оказалась слишком длинной, и вцепиться в курьера или в его одежду директор не смог. Он задергался, стараясь заставить убийцу ослабить хватку, но тот прижался к телу Сона, продолжая натягивать проволоку. Кресло наклонилось вбок. Директор беспомощно засучил ногами в воздухе, не доставая до пола. Он изо всех сил пытался оттолкнуть кресло или перевернуть его. Все напрасно: его намертво зажали на месте. Ботинки Сона бесцельно скользили по пушистому ковру.

Никто из его секретарей, находившихся за тяжелой деревянной дверью, даже не подозревал о происходящем внутри кабинета. В лучшем случае один из ассистентов мог постучать, удивившись, что директор не попросил чаю для посетителя. Курьер дернул проволоку, и в позвоночнике Сона что-то хрустнуло. Сам он остался сидеть в кресле, но голова упала вперед. Курьер поднес к носу жертвы палец, проверяя, дышит ли тот, потом подобрал проволоку, прихватил корзинку с фруктами и надел ботинки, которые оставил за ковром.

На интеркоме загорелась лампочка. Если нажать кнопку, секретарь спросит: «Принести вам чаю?» Когда ответа не последует, кто-нибудь обязательно войдет внутрь. Курьер ступил в кабину персонального лифта, который находился в кабинете директора, и нажал на кнопку закрытия дверей. Как раз в это время в кабинет постучался секретарь.

Лифт без остановок доехал до подземного гаража. Пока убийца зашнуровывал ботинки, сверху по шахте лифта до него донеслись крики.

В гараже он увидел водителя, который надраивал лимузин. Когда открылись двери персонального лифта директора, шофер обернулся, удивляясь, что ему никто не позвонил. Курьер ткнул его в висок и ключицу, после чего бедолага рухнул на землю. В будке зазвонил телефон: шофера вызывали из кабинета директора. Курьер локтем нажал на кнопку автоматических ворот и вышел на оживленную улицу. Когда четверть часа спустя прибыла полиция, убийца уже отошел на целый квартал, поймал такси и скрылся.

Чтобы не привлекать внимание прессы, в агентстве началось негласное предварительное расследование, какое всегда проводят, если жертвой становится влиятельный и авторитетный человек.

Служба по борьбе с вредителями обычно действует следующим образом. Никто не спрашивает, кто чего хочет и почему. Никто не объясняет, по какой причине человека сочли насекомым, подлежащим уничтожению, или крысой, которую надо прикончить. Нет нужды в кафкианских интерпретациях того, как человек постепенно, в течение долгого периода времени, а иногда и внезапно, за один день, превращается во вредителя. Чем более высокопоставленный и авторитетный клиент обращается в агентство, тем более влиятельную он заказывает цель и тем больше вопросов остаются без ответа, когда дело попадает в службу по борьбе с вредителями. Просьбу часто передают через третьих лиц, поэтому заказчик остается неизвестным.