Итак, начнем. Подземелье Сулли начала XII и круглые башни середины XIII века. Здесь можно по периметру обойти Лувр в том виде, каким он был почти тысячу лет назад. И только в XVI веке Франциск I сделал из замка дворец и начал перестройку в итальянском стиле. VI округ – Сен-Жермен. Бульвар и переулки. Два идола, сотни антикварных магазинчиков, музей Родена. Собор инвалидов, Марсово поле, Трокадеро и Эйфелева башня. Ресторан 1728 – настоящая аутентичная жемчужина на Анжу. Монмартр с его развалом, музеем Дали, Сакре-Кер и ресторанчиком Poulbot. Авеню Габриель с бесчисленными аллеями и бронзовый Пьер Карден работы Андрея Ковальчука. Сокровищница Нотр-Дам де Пари и цветочные базары Сите. Верхняя терраса Д’Орсэ и счастье видеть так много Ван Гога…

И ставший знакомым портье, почти безошибочно научившийся произносить мою фамилию.

Голландосы, витебский еврей и рок-н-ролл

Собрать лучшую в мире коллекцию и не разориться

Последние годы я привык ко всему самому лучшему. Не буду конкретизировать, чтобы не раздражать друзей, не дразнить врагов и не гневить Б-га. Но я твердо усвоил, что все имеет свою цену. Дай Б-г, когда эквивалент выражается в деньгах. Но ведь бывают случаи, когда валюта платежа приобретает форму и содержание, отличные от привычных нам рублей, долларов или евро. Хорошо, если тебя настолько много, что ты можешь отдать в обмен часть самого себя, особенно в тех случаях, когда твои деньги не имеют большого значения. Впрочем, мне повезло: чем больше я отдаю, тем больше получаю.

Когда в среднем на этом свете отведено лет 70, в лучшем случае 80, глупо тратить время на подсчет лошадиных сил под капотом своей машины, самих лошадей или количества съеденной черной икры. Ведь, в конечном итоге, лошадиные силы оказываются на свалке, лошади на погосте и икра в унитазе.

Не потому ли хватаешься за любые ценности, которые, возможно, переживут тебя, бренного?

Думая, что такого материального оставить своим ближайшим потомкам, мы забываем о самом главном. Люди на этой Земле уже пытались построить вечный храм, точнее, целых два. И оба были разрушены. Что уж говорить про рублевские дачи, московские квартиры и английские лимузины! Третий храм возможно построить только в своем сознании и мироощущении. Это и есть то главное, что мы можем позволить себе при жизни и впоследствии передать своим детям.

Господь иногда спонтанно выбирает среди нас неких избранных, которые творят красоту и делают это так, что у всех остальных захватывает дух. Так рождается искусство.

Я как-то задался вопросом, а чем искусство отличается от культуры? Ответ оказался чрезвычайно прост. Культура – это искусство, выставленное на всеобщее обозрение.

Неслучайно сокровищам Третьякова, Гуггенхайма, Жоржа Помпиду, Бернара Арно и ряда других, не менее выдающихся господ оказалось тесно в их замках и запасниках.

Но в обычной жизни все происходит несколько по другому, приземленнее и прозаичнее.

Собирая различные картины-картинки, скульптуры-скульптурки, фигуры-фигурки, я всегда руководствовался одним принципом: все эти вещи должны быть произведениями искусства лично для меня, и лишь потом представлять ценность для окружающих. Иногда наши (мое и остального мира) мнения совпадали, иногда нет. Я вообще стараюсь не спорить на темы творчества ни с близкими, ни с далекими. Зачем? Ну, считает человек, что Сафронов пишет правдивей Босха, что же здесь поделаешь? Каждому свое. Правда, накопив вполне приличный багаж впечатлений от посещения нескольких достойнейших музеев мира, я попытался выделить в памяти уголок, где смог бы откладывать образы самых значительных для себя ощущений от созданных человеком произведений. То есть сделать то, что нельзя купить.

Получилась своеобразная галерея. Причем я заметил, что наполняется она сама собой, но в полном соответствии с моими сегодняшними взглядами и приоритетами.

Порой случаются события, с виду незначительные, мимолетные, но, если их не проглядеть в суматохе дел, открывающие абсолютно новый взгляд на привычный казалось бы мир.