Читаем Патерн полностью

Не все так просто, — похитала головою Тася. — Фіг би він сам так вискочив. Виявилось, що в нього крутий дядько. Реально крутий.

Олігарх?

Ну, не настільки, не фантазуй так зрання, — реготнула Тася. — Власник нічного клубу. Цинкуєш тему?

Ну.

Не «ну», а жирна тема. Я цього айтішника трошки на інфу покрутила. Дядько йому гроші підганяє, а він раз на три дні модерує сайт його клубу. Добре влаштувався пацан, нє?

На інфу покрутила? Мотивувала його? — Софія зробила великі очі.

Тьху, дєвушка, що ти таке фантазуєш! — Тася скривилася, відтак зробила довгий ковток. Він же не миється місяцями. Я з ним далі цьом-цьом не... Та що ти регочеш, мавпо?!

Уявила, як ти цьом-цьом із пацаном, який пів року не був у ванні...

Іди ти! — Тася бризнула на подругу енергетиком.

Так що там із тим дядьком?

Кажу ж тобі, крутий, має клуб. «Дівінус» називається. Там тусують багаті чорти, стриптиз, усе таке.

То ми з тобою будемо стриптизерками?Сміх не відпускав Софію.

Та припини вже лахати, задрала! Там потрібні пацанки для ескортингу. Айтішник сказав, що там усе без сексу, чортам потрібні лише понти.

Лише понти?

Ну, типу, багатий чорт їде на якусь там презентацію, бере нас обох із собою. А ми такі красиві і тремося з ним, як кішечки. Наш чорт кайфує, бо всіх інших чортів жаба душить. Бо ж він уже реально нічого такого не може, а всі його мають за стального мачо.

І все?

— Усе.

А потім ми просипаємося на великому ліжку з ним, його шофером та двома охоронцями?

Що ти таке мелеш, — скривилася Тася. — Які шофери? Там усе за контрактом, усе обумовлено.

Але ж на таку роботу купа кандидаток. Ми ж не одні такі розумні, еге ж?

Так от, цього Любомира треба мотивувати.

Любомира?

Так того дядька зовуть.

Терпіти не можу цього імені. Лю-бо-мир. Любчик. Якесь котяче ім’я.

Не гірше, ніж Вася.

А в мене що, був якийсь Вася? У мене навіть кота Альбертом звати. — Софія скинула мокасини, підібгала під себе ноги. У голові приємно шуміло, навколишні предмети яскравішали і набували неправильних обрисів. Тася раптом здалась їй затягнутим у потерту джинсу птеродактилем.

Я просто тобі так кажу.

Що значить «мотивувати»?

Ну, зробимо йому легенький мінет, корони не впадуть.

Легенький? — перепитала Софія, а про себе подумала: «Точно птеродактиль. Он який у неї ніс довгий. Молодша за мене, а вже косить під мамку. Продає мене, типу».

За щоку, — розтлумачила Тася, — Тиза ліву, яза праву. Дурочкою не прикидайся. Ще скажи, що ніколи пацанам не робила.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Любовь гика
Любовь гика

Эксцентричная, остросюжетная, странная и завораживающая история семьи «цирковых уродов». Строго 18+!Итак, знакомьтесь: семья Биневски.Родители – Ал и Лили, решившие поставить на своем потомстве фармакологический эксперимент.Их дети:Артуро – гениальный манипулятор с тюленьими ластами вместо конечностей, которого обожают и чуть ли не обожествляют его многочисленные фанаты.Электра и Ифигения – потрясающе красивые сиамские близнецы, прекрасно играющие на фортепиано.Олимпия – карлица-альбиноска, влюбленная в старшего брата (Артуро).И наконец, единственный в семье ребенок, чья странность не проявилась внешне: красивый золотоволосый Фортунато. Мальчик, за ангельской внешностью которого скрывается могущественный паранормальный дар.И этот дар может либо принести Биневски богатство и славу, либо их уничтожить…

Кэтрин Данн

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее