Читаем Пасть полностью

…Шесть человек, собравшихся у Капитана, не нуждались в легендах и знали про штамм-57 всё. И разговор у них был тяжёлый.

Как ни удивительно, самым равнодушным казался Доктор — приложившись ещё раз к бутылке Капитана, сидел в углу молча, курил и ни на что не обращал внимания… Остальные заметно нервничали, и своим вступлением Капитан заставил их нервничать сильнее.

— Ну что, доигрались? Привыкли, что всё тихо и гладко, обленились… И проглядели крысу под самым носом! Но я скажу вам одну вещь. Вы — единственные в Лаборатории, кто знает, что пропало. И если крыса — один из вас, то я обещаю, что никакой выгоды он из этой пропажи не извлечёт. Никакой и никогда. Где бы и как бы ни всплыл 57-й — если можно будет протянуть к кому-либо из вас хоть тоненькую ниточку… Расследований не будет. Официальных обвинений не будет. Судов и адвокатов не будет. Будет пуля в лоб. Вот из этого пистолета…

Пистолет, казалось, сам выскочил из кобуры на ладонь Капитана и тут же нырнул обратно. Присутствующие молчали, знали — как сказал Капитан, так и сделает. И рука не дрогнет. А он продолжил:

— Но пока допустим, что крысы между нами нет. И над нами нет… — Палец Капитана устремился к потолку, но все поняли, что имеет он в виду не чердачные помещения. — Излагайте соображения, даже самые дикие и фантастичные, отрабатывать придётся все. А начнём мы с вас…

Капитан подошёл и уселся на край стола, за которым сидел Деточкин.

Под пристальным взглядом тот мялся, ёрзал по стулу и всеми силами создавал у присутствующих впечатление, что именно он прямой и непосредственный виновник исчезновения 57-го…

Но как раз его Капитан ни в чём не подозревал. Однажды, несколько лет назад, Деточкин уже крупно погорел на частном гешефте без отрыва от служебных обязанностей — когда разработанный им приборчик, дистанционно отключающий все известные системы автосигнализаций, оказался одновременно на вооружении и Конторы, и угонщиков-профессионалов. Неприятных впечатлений Деточкину (тогда же и заработавшему своё прозвище) хватило надолго.

Капитан был уверен, что, однажды обжегшись, второй раз их главный технарь ни в какую авантюру не полезет. Именно потому, что у любого знакомого с его личным делом становился подозреваемым номер один…

— Ну… это… я думаю… если полёта седьмой выносили… так ведь в контейнере? Правильно ведь? Как же без контейнера? Упадёшь, споткнёшься… и всё! При такой концентрации, ведь это каюк… сразу… Так ведь?

В поисках поддержки Деточкин обернулся к Доктору. Но тот молчал, уйдя в глубины размышлений. И Деточкин продолжил так же сбивчиво:

— Я вот и думаю… металлодетектор… ломался… четыре дня в апреле не работал… тогда и вынесли… иначе как же… ведь толкнут в троллейбусе… и привет, будет полный салон хе-хе, объектов…

— Если выносили по заказу, то заказчик вполне мог предоставить полимерный или керамический контейнер…

А вот ждать случайной поломки детектора чревато, — мрачно сказал Капитан. — Но отработать стоит. Тогда пустой контейнер должен остаться здесь, в Лаборатории. Будем искать.

— А может, и не пустой. Бывает, вещи так теряются, что через три года найдёшь и сам понять не можешь: ну как её туда занесло? — Седой недоумённо развёл руками. — Вот, помню, у меня на даче…

— Скажи лучше, что с прослушкой? — оборвал Капитан его неуместные воспоминания.

— Что, что… Уши только распухли и у меня, и у Руслана… Вон видишь? — И он откинул длинную прядь седеющих волос. Капитан глянул на него зверем, и Седой тут же перешёл на официальный тон: — Докладываю: сегодня персонал отпущен домой после поголовного личного досмотрa. Результат нулевой. Проверены телефонные переговоры за последнюю неделю — внутренние и внешние. Ничего конкретного. Выделено двадцать шесть фраз, похожих на кодовые. Типа «Привезла с дачи одну банку маринованных огурцов». Будем слушать дальше, а завтра попробуем поработать с любителями огурчиков… Но сдаётся мне, сплошь пустышки…

— А чего ты ждал? — неожиданно пробасил Эскулап и затянулся очередной беломориной, выпустив на окружающих струю сизо-вонючего дыма. — Ты думал, кто-то скажет, что только что стырил порцию 57-го и желает продать? А голос с забугорным акцентом ответит: «Я есть давать десьять тысьяч доллар и ни одьин цент больше…»

Эскулап сидел в грязном, давно не стиранном халате — толстый, лысый, бородатый, как всегда крайне циничный. Не боялся никого и ничего, уверенный, что уж без него Лаборатория никак не обойдётся, — и основания для такой уверенности были. Но сегодня все карты перемешались, вчерашние тузы стали не дороже шестёрок… И Капитан посмотрел на Эскулапа с нехорошим интересом. Тот продолжил: