— Должен признать, она мне довольно круто набила морду, — ответил Говард. — Это… вызывает восхищение. Пусть даже я и знаю о её сверхспособности.

— О, боже! Только не говори мне, что ты — мазохист, любящий, когда тебя избивают.

Он молча взглянул на меня со своей обыденной мерзкой ухмылкой.

— Чёрт возьми, Говард! — выпалила я. — Давай полетим на Землю и я сколько хочешь буду бить тебя по морде.

— Фу… как же это звучало по-гейски.

Я слегка рассмеялась от недоумения.

— Чего? — Я помотала головой и постаралась сделать серьёзное лицо. — Чёрт возьми… Говард, ну, ты реально заебал. Мы, ё-маё, приехали за тобой сюда, сука, с самой Земли, а ты сидишь тут котлеты жрёшь! Мы — твоя единственная семья. Во всей вселенной для тебя нет людей ближе, чем мы.

Говард резко, со звоном положил вилку на тарелку.

— Хэйли, если хочешь знать, я не подписывал никакого соглашения о том, что мы теперь навсегда вместе. Да, было приятно тебя повидать после стольких лет разлуки, но я уже другой человек. И ты, и Друли — мы все разные люди. Мы больше не дети.

Я не могла поверить в то, что сказал Говард. У меня непроизвольно начали течь слёзы от обиды. Говард продолжил:

— Мы — больше не семья. Я не знаю вас, ребята.

— Говард, — обратился Друли, — ты…

— Дру, заткнись, — отрезал Говард. — У нас тут серьёзный разговор.

И тут на меня нахлынуло бешенство из-за такого отношения Говарда к своему другу детства.

— Не смей так с ним говорить! — яростно крикнула я. — Ты что вообще о себе возомнил, уёбок?! — Я резко встала из-за стола и подошла к Говарду. Я крепко сжимала кулак, моё сердце бешено колотилось от злости.

— Да! — воскликнул Говард. — Давай, ударь меня!

Мне хотелось его убить, но я тут же спохватилась. Он этого и добивается. Теперь всё встаёт на свои места. «Мазохист чёртов! Он хочет меня спровоцировать! Мне надо успокоиться…». Содрогаясь от злобы, я села обратно за стол. Постепенно я начинала успокаиваться.

Я плакала и шмыгала носом. «Какая же я жалкая!». Вот тебе и два года в армии — всё равно я осталась такой же эмоциональной дурой, как и раньше.

— За что ты себя так ненавидишь? — тихонько спросила я, после продолжительного молчания.

— Чего? — усмехнулся Говард.

Я болезненно взглянула на него.

— Зачем ты постоянно строишь из себя злодея? Ты хочешь, чтобы тебя все ненавидели. Почему?

— Я… — Говард резко остановился. Кажется, ему стало меня жалко — меня это обрадовало. Только бы не подать вида — моя стратегия начинает работать. — Прости, я не знаю, что на меня нашло. Я не хотел тебя обидеть. Просто… — Он схватился за голову. — Ох, да что же со мной не так?!

— Что с тобой вообще случилось?

— Видимо… — начал Говард. — Видимо, меня очень огорчила смерть родителей. Вы будто мне лишь одним своим видом напоминаете о том, что с ними случилось. Может быть, поэтому я и пытался вас избегать. Я думал начать новую жизнь, а вы меня продолжаете тянуть обратно в эту степь.

— Говард, — начала я, — ты идиот. Серьёзно? В этом вся причина? Ты же знаешь, что от прошлого не сбежать. У нас есть своя сюжетная линия. Она будет вечно нас преследовать и достанет нас везде — даже на другой планете. Ты ведь сам в этом убедился. Так может это и правильно? Может быть, мы и должны грустить? Наши родители умерли — да. И с этим мы уже ничего не поделаем. Но мы всё ещё есть друг у друга. Ты что, мало голливудских фильмов смотрел?

— Да нет — много, — ответил Говард.

— Ну, и вот. Мы же американцы, Говард. Забыл что ли? Это же наша фишка — осознавать свой путь, после того, как наших родственников убили. Мы же все — Бэтмены и Человеки-Пауки. С нами могут происходить плохие вещи, но мы никогда не отчаиваемся и даже находим в этом свой стимул.

Говард будто впервые искренне улыбнулся. Я взглянула на Друли — тот тоже улыбнулся.

— Давайте, — сказала я. — Как в тупых фильмах про дружбу. — Я выставила руку над столом.

Друли положил ладонь на мою руку.

— Давай, Говард, — сказал тот.

Говард нахмурился с улыбкой, медленно протянул ладонь и положил сверху на руку Друли. Мы вместе вскинули руки. Теперь мы как три мушкетёра: все за одного, один за всех… только без д’Артаньяна. Я взглянула на солдата AUR неподалёку — тому вообще было плевать, пусть даже мы тут и орали, и ругались, — он был в наушниках и смотрел что-то на телефоне.

— И что теперь? — спросил Говард. — На Землю нам всё равно не отправиться — она изолирована.

— Будем помогать президенту Серхану, — распорядилась я. — Рано или поздно, он вернётся на Землю — пусть заодно и нас прихватит.

— Но ведь он — глава Альянса, — напомнил Говард. — Неужели ты хочешь помогать стороне убийц наших родителей?

— Придётся пойти на компромисс. Иначе мы никак не сможем вернуться домой. Или ты действительно хочешь провести остаток своей жизни здесь?

— Пожалуй, нет.

Глава девятая. Дуанте

— Мне — пизда! — выпалила Селин. Наконец-то нас никто не подслушивал, поэтому она могла полноценно высказаться. Я опёрся руками о стол, глядя ей в глаза.

— Всё будет хорошо, — попытался успокоить её я. — Серхану не нужна твоя смерть. Если мы подчинимся, то с нами всё будет хорошо.