Читаем Парад обреченных полностью

Я подумал, что могу выглядеть странно, лёжа на асфальте, поэтому поднимаюсь, опираясь на руки, и вижу её – сразу узнаю, потому что не узнать невозможно. Распахнутая рубашка поверх майки, длинная цветочная юбка, бледно-жёлтые носки и светло-коричневые ботинки. Волосы по плечам, белые наушники и холщёвая сумка оттенка выцветшей травы. И выражение лица всё такое же мечтательное, с лёгкой улыбкой. Девушка садится на самом краешке берега, поджав колени к груди, и смотрит на воду. Потом осторожно, словно боясь повредить, расшнуровывает ботинки – они маленькие, старые и потрёпанные, это видно даже с пятнадцати метров. Снимает носки и спускает ноги к воде, чуть помедлив. Пальцы ног не касаются поверхности воды, до того девушка невысокая, но всё. Потом девушка достаёт из сумки маленький радиоприёмник, крутит ручку настройки и слушает тихую песню. Правда, слов не разобрать. Поправляет спутанные волосы и, запрокинув голову, вглядывается в небо, а на нём расходятся круги.

Я, как в полусне, отряхиваю ладони, беру камеру и делаю несколько снимков. Девушка в длинной юбке – между мной и солнцем. Тёплый свет заливает объектив, и волосы девушки кажутся совсем медными. Её спокойные руки с тонкими пальцами лежат на коленях, вода продолжает волноваться под босыми ногами. Дует свежий ветер, и где-то за спиной шелестит листва. Но девушка к закату от неё такая красивая, как цветок на ветру.

«Воздух совсем густой, как вода. Вокруг целый океан воздуха. Пусть бы ветер подул. Небо полное влаги. Обрати внимание на цвета»– девушка

Солнце в небе рассеялось, и золотисто-медовое мгновение быстро ушло. Небо теперь напоминает глубокие беспокойные волны. Но до дождя – это чувствуется по тому, как пахнет воздух,– ещё далеко. Я делаю ещё несколько кадров, с опаской наблюдая, как она подвинулась к самому краю, и пробует ступнями холодную воду реки. Она немного приподняла край длинной юбки, и чуть выше щиколотки видны нарисованные цветы. Я сразу понял, что это рисунок, а не татуировка. Цвета лепестков нежные, почти прозрачные. Девушка отпускает юбку, и в тот момент, когда её краешек ещё не успевает намокнуть в волнах, Делаю ещё один снимок.

А потом ужасно смущаюсь и даже краснею. Потому что девушка улыбается мне и машет рукой.

– Можно посмотреть?

У неё весёлый голос, хоть и негромкий. А тембр такой необычный, что по плечам мурашки. Голос то ли мальчишки-шестиклашки, бегущего наперегонки с друзьями, то ли барышни с тонкой сигаретой на вечеринке в середине двадцатого века, в кино.

Я киваю, легко поднимаюсь и босиком подхожу к девушке. Сел рядом с ней, а девушка отодвигается от края, и мы вместе, голова к голове, листают на камере снимки: залитые солнцем сначала и глубокие, как перед штормом, в конце. У девушки один рукав рубашки закатан до локтя, а второй развернулся, почти закрывая кисть. Она нетерпеливо поправляет его и бережно касается кончиками пальцев камеры.

– Это волшебно.Но …Всё в жизни является временным. Всегда, когда идёт дождь, ты знаешь, что он закончится. Каждый раз, когда вам причиняют боль, рана заживает. После темноты всегда появляется свет – вам напоминает об этом каждое утро, но, тем не менее, часто кажется, что ночь продлится всегда. Этого не будет. Ничто не длится вечно. Таким образом, если всё хорошо прямо сейчас, наслаждайтесь этим. Это не будет длиться вечно. Если всё плохо, не волнуйся, потому что это тоже не будет длиться вечно. То, что жизнь не легка в данный момент, не означает, что ты не можешь смеяться. То, что что-то беспокоит тебя, не означает, что ты не можешь улыбнуться. Каждый момент даёт тебе новое начало и новое окончание.

–Волнение и жалобы ничего не изменят?

–Те, кто жалуются больше всех, добиваются меньше всех. Всегда лучше попытаться сделать что-то большее и потерпеть неудачу, чем попытаться преуспеть, ничего не делая. Твои шрамы являются символами твоей силы. Никогда не стыдись шрамов, оставленных тебе жизнью. Шрам означает, что боли больше нет, и рана затянулась. Это означает, что ты победил боль, извлекли урок, стал более сильным и продвинулся вперед. Шрам является татуировкой триумфа. Не позволяй шрамам держать тебя в заложниках. Не позволяй им заставлять вас жить в страхе. Начни рассматривать их как признак силы.

–Мы странные, с нами что-то не так. Нас постоянно обвиняют в слабости, недостатке мотивации, ограниченности и бог знает в чём ещё. И это только потому, что мы наотрез отказываемся вгрызаться друг другу в глотки и прокладывать себе путь по трупам.

Я не знаю, мы определённый тип людей или же новое поколение, поколение будущего. Но мы другие. Мы не подходим этому миру.

Мы не слабаки и не пораженцы. Мы не безвольные хилые твари, не способные ни на что. Мы просто люди иной реальности. И мы не собираемся, не будем, не станем идти на компромиссы с этим миром. Нет, мы не станем.

Если единственный способ существовать в этом мире – бороться, кусаться, доказывать, соревноваться, биться, – то мы отказываемся от этого мира. Такой мир нам ни к чему. Мы не станем за него сражаться. И держаться тоже не станем.