Читаем Para Bellum полностью

Красавица-грузинка подошла к столу, забрала папку, перелистнула первые две страницы и вернула документы, показав пальцем нужную строчку. Лаврентий Павлович пробежал её взглядом, потом вчитался. Снял пенсне, протёр его белоснежным платком, снова надел и ещё раз прочитал слово за словом.

– Вы, как всегда, правы, – сказал Берия и галантно поцеловал руку секретарши. – Пожалуйста, выясните, как это могло произойти.

– Начальник культурно-воспитательной части лагеря Успенский – идиот, – ослепительно улыбаясь, сообщила красавица. – По его вине отца Павла вместо того, чтобы аккуратно этапировать из лаборатории к самолёту, случайно, – выделила голосом секретарша, – забросили в барак. Там над ним стали издеваться уголовники. Когда Успенский понял, что человека, которого по вашему личному приказу следовало отправить в Москву, сейчас просто прибьют, он сделал следующую ошибку: ворвался в барак с вооружёнными охранниками. Этим он привлёк к скромной фигуре ЗК Флоренского внимание вашего друга Ивакина. Джаба Гивиевич – человек умный. Он принял меры для того, чтобы тайно найти нашу «Железную Маску». Хорошо, что его посланцы попали в сферу внимания одного из «источников». Если позволите, Лаврентий Павлович, я рекомендовала бы обратить на этого информатора внимание. Кажется, перспективный кадр.

– Если бы все мои сотрудники были такими, как вы, – проговорил нарком и ещё раз поцеловал тонкие пальцы Мамиашвили.

– Это невозможно, – холодно улыбнулась секретарша. – Таких, как я, больше нет. Разрешите быть свободной?

Берия вздохнул и развёл руками, показывая, что он совсем не хочет отпускать красавицу, но ничего не может поделать.

Когда Мамиашвили вышла, Лаврентий Павлович поднял трубку аппарата ведомственной сети.

– Соедините с начальником Соловецкой тюрьмы, – приказал он. И через минуту спросил: – Скачков? Как там у тебя поживает мой старинный друг Джаба Ивакин? Ты его, часом, не обижаешь?

* * *

В кухне Цыгана Виктор с облегчением поставил на стол портфель. Косой по жесту главаря заглянул внутрь: «Ух ты!» Он запустил руку в кожаные недра, выхватил наган и наставил его на подельника:

– Всё, Ванюша, против ствола даже ты ничего не сделаешь. Руки вверх.

Куцый подался назад.

– Лыцарь, кончай вытребенькиваться. – Словечко он подцепил в СТОНе от «коллег» с Юга. Очень уж понравилось. – Пальнёшь сдуру, набегут легавые.

– Не, – ответил искалеченный, – он на предохранителе.

– Зато ты, дурак, без, – взорвался чернявый.

Главарь отнял оружие у Косого, осторожно опустил на стол, аккуратно выложил пистолет и ещё один револьвер, с грохотом высыпал патроны.

– Вы хоть пользоваться зброей умеете?

– Не бзди, – бросил Лыцарь, азартно уставившись на тускло поблёскивающие «сокровища». – Разберёмся.

– Тогда слушайте сюда. Дом, где наш генерал проживает, охраняется. Прописаны в нём командиры, все вооружены. Так что туда лучше не соваться. Зато бикса Маркова обитает в коммуналке. Между прочим, с телефоном. Нашумим – далеко не уйдёте. Лучше всего ловить нашего знакомого на улице, когда он будет возвращаться домой.

– Откуда ты всё это узнал? – наивно спросил Цыган.

– Знакомец рассказал по доброте душевной, – угрюмо ухмыльнулся Куцый.

– Дурак этот твой знакомец, – сплюнул сквозь зубы Рыцарь. – Марков без шпалера в сортир не пойдёт. Ночью, один, он обязательно пушку будет держать под рукой. Топать будет по центру улицы, учёный, так что из-за угла не выскочишь. Стрелять издали – хрен попадёшь. А он уж не промажет, войну прошёл и по жизни умелец.

– Угу, – поддержал Витёк. – И вообще, может, он прямо с этого дня начнёт автомобиль вызывать. С охраной.

– Тогда возьмём его на хате, – предложил Цыган. – Оденемся строителями, мол, ремонтировать квартиру пришли. Или коридоры белить.

– Днём он на службе. Ночью пятерых мужиков в охраняемый дом хрен кто пустит. Спросят, от какой организации, проверят. И кранты котёнкам.

Устроить засаду где-либо по дороге тоже не получалось. В последние дни Марков был занят выше головы. Выходил из дома только на службу. Если удавалось выкроить время для себя, то есть, чтобы увидеться с «оторвой», он вызывал служебный автомобиль.

– Тогда остаётся только одно, – подытожил Куцый. – Заявимся к девке. Пацаны вдвоём останутся в коридоре. Чтобы соседи сидели тихо и не рыпались. Мы втроём без шума и пыли входим в комнату, палим в упор, даже не поздоровавшись. И быстро уходим.

– Из трёх стволов с пяти метров хоть кто-то да попадёт, – согласился Рыцарь. – А Марков, даже если успеет «дуру» выхватить, подумает, как быть, чтобы хозяйку под пулю не подставить. Могёшь, – похвалил он главаря.

– А то, – хищно осклабился Витюля.

Поздним вечером Зиновий Ефимович заявился к Заковскому. Начальник архива выглядел озабоченным.

– Скажите, Лёва, – произнёс он, – вы верите в привидения?

Леонид Михайлович покосился на большие напольные часы. Узорчатые стрелки показывали ноль часов тринадцать минут. Хозяин кабинета тяжело вздохнул:

– Зяма, вы выбрали не самое лучшее время для таких разговоров.