— Продолжай играть, артист, а я пойду. Когда Вилья появился в вагоне 24 часа спустя, артист все еще играл…

Начавшееся 22 июля сражение за Сакатекас длилось сутки. Из 12 тысяч солдат, оборонявших город, только 200 человек спаслись бегством. Остальные были или убиты, или ранены, или попали в плен.

Разгром вражеской армии был полный. 23 июля Северная дивизия вступила в Сакатекас.

Дни диктатуры Уэрты были сочтены.

Глава шестая. В ПРЕЗИДЕНТСКОМ ДВОРЦЕ ТЕСНО И ДУШНО

словно два родные брата,

нынче въехали бок о бок

Панчо Вилья и Сапата.

В мексиканскую столицу

нынче въехали два друга.

Вилья с Севера приехал,

А Сапата прибыл с Юга.

В мексиканскую столицу

нынче два бойца вступили.

На Сапате — шляпа «чарро»,

а техасская — на Вилье.

УЭРТА РАЗГРОМЛЕН, НО ВОЙНА ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Узурпатор готовился к бегству. Два года пробыл он в Чапультепекском дворце. За это время он успел ожесточить против себя все слои мексиканского общества. Вначале его приход к власти восторженно приветствовали крупная буржуазия, церковная верхушка, помещики, иностранные дельцы. Для них Узрта был «спасителем общества» от анархии, от социальной революции, которой якобы способствовал Мадеро.

Пьяный диктатор, как многие называли Уэрту из-за его неумеренного пристрастия к спиртному, не только не сумел установить заветный для эксплуататоров «порядок» в стране, но своими действиями способствовал еще большему подъему революционного движения.

Вооруженная до зубов профессиональная армия Уэрты — 200 тысяч солдат — оказалась не в состоянии совладать с крестьянскими вождями Вильей и Сапатой.

Сапата продолжал по-прежнему оставаться хозяином положения в штате Морелос. Земля в штате была отнята у помещиков и возвращена крестьянам. Последние, когда им угрожала опасность, объединялись в вооруженные отряды и нападали на карателей или защищались от них. Сапата оказался не в состоянии, да и не стремился создать свое правительство и развить деятельность в общенациональном масштабе. Тем не менее его влияние и авторитет в крестьянских массах неуклонно росли. Росли и силы Вильи. Всего два года назад он вступил на землю Мексики с горсткой бойцов, а теперь командовал уже пятидесятитысячной армией, которая двигалась, постепенно увеличиваясь, по направлению к столице.

Вместе с тем новые могучие силы пробуждались в Мексике. В 1913 году трудящиеся страны впервые отпраздновали 1 Мая как свой боевой праздник.

Напрасно Уэрта, силясь пополнить свои войска, прибегал к принудительной мобилизации, силой угонял на фронт рабочих и крестьян. Напрасно засылал он наемных убийц к Сапате и Вилье. Напрасно бросал в тюрьмы, подвергал истязаниям и убивал при «попытке к бегству» своих подлинных и мнимых противников. Силы его таяли изо дня в день.

Уэрта разогнал палату представителей и сенат, провел выборы, на которых, следуя примеру Порфирио Диаса, самоизбрал себя президентом, а заплечных дел мастера генерала Бланкета — вице-президентом республики. Но как ни метался Уэрта, его положение быстро ухудшалось. В июле 1914 года почти две трети территории республики было уже освобождено революционными войсками.

15 июля, сложив с себя полномочия президента, Уэрта бежал в один из портов атлантического побережья. Там он сел на пароход, который увез его в Европу, где коротал свои дни его прежний хозяин, диктатор в отставке Порфирио Диас.

Наступил решительный момент революции. Кто будет теперь править Мексикой, кто окажется победителем? Национальная буржуазия и либеральные помещики в лице Каррансы или революционное — крестьянство и радикальная мелкая буржуазия, которых представляли Вилья, Сапата и их союзники? И те и другие были готовы силой проложить себе дорогу к власти. Правда, деятели революции не были не способны по-настоящему выявить ее движущие силы. Классовые противоречия у них преломлялись через призму личных отношений, симпатий и антипатий, личных качеств тех или других деятелей революции.

Таким образом, классовая неприязнь превращалась в личную ненависть, а борьба развивалась #е вокруг программ или идей, а вокруг вождей, которые не столько сознательно представляли, сколь символизировали интересы тех или других групп классов.

Полтора месяца оставались еще в столице Приближенные Уэрты. Они надеялись, что им удастся договориться с Каррансой, как в свое время наследникам Диаса удалось договориться с Мадерой. Но их надежды не оправдались. В начале августа армия Обрегона подошла к столице и вынудила приближенных Уэрты безоговорочно капитулировать.