— Сейчас! — вскричал Лан. Сейчас, как только они начали рассредоточиваться. Это принесет наибольший урон. Лан бросил Мандарба вперед, показывая пример.

Андер скакал галопом около Лана, цепляясь за луку седла обеими руками. Он не пытался достать оружие; он бы вывалился из седла, если бы хоть попробовал.

Найнив находилась слишком далеко от Лана, чтобы он почувствовал её через связь, но иногда очень сильные чувства могут прорываться, несмотря на расстояние. Он попытался передать уверенность — на случай, если она сможет его почувствовать. Гордость за своих людей. Любовь к ней. Он глубоко желал, чтобы это было последнее, что она запомнит о нем.

«Моя рука будет мечом…»

Копыта гремели о землю. Троллоки впереди взвыли в предвкушении, осознавая что их добыча перешла в наступление, двигаясь прямо в их лапы.

«Моя грудь — это щит…»

Лан слышал голос, голос его отца, который произносил эти слова. Это было глупо, конечно, Лан был младенцем, когда пал Малкир.

«Чтобы оборонять Семь Башен…»

Он никогда не видел, как Семь Башен противостояли Запустению. Он слышал только истории.

«Сдерживать тьму…»

Копыта лошадей стучали словно гром. Как громко, он даже не представлял, что возможно так громко. Он держался прямо, меч к бою.

«Я буду стоять, когда все остальные падут».

Надвигающийся троллоки выровняли копья, так как расстояние между двумя противостоящими армиями сузилось.

«Ай Халид`холара Малкир. За мою сладкую землю Малкир».

Это была клятва, которую солдаты Малкири давали во время их первого пребывания на границе с Запустением. Лан никогда не произносил её.

Но теперь он сделал это в сердце своем.

— Ай Халид`холара Малкир! — закричал Лан. — Копья, ставь! — Свет, как же громко стучали копыта! Неужели шесть тысяч всадников могли наделать столько шума? Он оглянулся, чтобы посмотреть на тех, кто скакал позади.

Там было по меньшей мере десять тысяч.

Удивленный, он пришпорил Мандарба.

— Вперёд Золотой Журавль!

Голоса, крики, вопли силы и радости.

Воздух впереди слева раскололся внезапным вертикальным разрезом. Врата в три дюжины широких шагов — такие большие, каких Лан никогда не видел — распахнулись, из них бил свет, точно там было само солнце. С другой стороны тоже точно взорвалась яркая вспышка. Атакующие воины в полном вооружении вырвались из врат и выстроились на флангах Ланова войска. Они несли флаг Арафела.

Еще и еще открывались врата. Три, потом четыре, потом дюжина. Каждый проход открывался на поле в строго определенном месте, атакующие всадники выезжали с копьями наперевес, с развевающимися флагами Салдейи, Шейнара, Кандора. В течение нескольких секунд армия Лана из шести тысяч превратилась в лавину из сотен тысяч.

Троллоки в первых рядах кричали, многие останавливались. Некоторые крепко держали копья под углом, чтобы пронзить надвигающихся лошадей. Задние ряды, не видя, что происходит впереди, в ярости напирали, размахивая мечами с большими косоподобными лезвиями и двойными боевыми топорами.

И тогда троллоки с копьями, стоявшие в первых рядах, вдруг стали взрываться.

Это где-то позади Лана начал кидать плетения Аша’маны, они разрывали землю, разрушая передние ряды троллоков. Как только их туши упали на землю, средние ряды оказались беззащитны перед надвигающейся бурей копыт, мечей и копий.

Лан напал, размахивая мечом, врезавшись Мандарбом в рычащих троллоков. Андер смеялся.

— Назад, дурак! — вопил ему Лан, продолжая рубить троллоков. — Отведи Аша`манов к нашим раненым, сделай так, чтобы они защитили лагерь!

— Я хочу видеть твою улыбку, Лан! — кричал Андер, прижимаясь к седлу. — Покажи, что в тебе больше чувств, чем в камне, хоть на этот раз! Оно стоит того!

Лан смотрел на сражение, которое он и не надеялся выиграть, видел, что вместо последней битвы оно стало началом победы, и не смог сдержаться. Он не просто улыбался, он смеялся.

Андер повиновался его приказу, ускакав прочь, чтобы найти Исцеление и организовать тыл.

— Джофил, — позвал Лан. — Подними мое знамя повыше! Малкир жив в этот день!

Глава 7

В гуще

После встречи Илэйн вышла из шатра и оказалась в роще, состоявшей из дюжины деревьев. И каких деревьев: высокие, здоровые и прекрасные растения с могучими ветвями, сотни футов высотой, с массивными стволами. Она изумленно застыла, и это было бы неловко, если б остальные не вели себя также. Она посмотрела туда, где стояла Эгвейн, с открытым ртом уставившись на эти огромные деревья. Солнце все еще светило над ними, но зеленые листья затеняли местность, что объясняло, почему свет внутри шатра померк.

— Какие деревья, — сказал Перрин, подходя и кладя руку на толстую морщинистую кору. — Я видел такие Великие Деревья раньше. В стеддинге!

Илэйн обняла источник. Жар саидар был на месте, его теплота была сродни солнечному теплу. Она зачерпнула Силу и удивленно отметила, что большинство женщин, которые могли направить, сделали это, поскольку Перрин упомянул стеддинг.

— Ну, кем бы Ранд сейчас ни был, — он не может просто заставить возникнуть стеддинг, — казалось, эта мысль ее успокоила.

— Куда он пошел? — спросила Илэйн.