Читаем Память огня полностью

— Я бы не сделала этого для тебя, даже если бы знала, как, — сказала Жанин. — Ты должен поспать, Перрин Айбара. Твое участие в Последней Битве закончено.

Перрин стиснул зубы, затем попытался встать.

— Сделай только шаг от своей кровати, — сказала Жанин, смотря на него, — И я свяжу тебя потоками воздуха и оставлю здесь висеть на несколько часов.

Первая мысль Перрина была — переместиться отсюда. Он начал формировать в своих мыслях образ места и почувствовал себя дураком. Он как-то вернулся в реальный мир. Он не может перемещаться здесь. Он был беспомощен, как ребенок.

Он разочарованно откинулся на спинку кровати.

— Радуйся, Перрин, — тихо сказала Берелейн. — Ты должен был умереть. Как ты попал на то поле боя? Если бы Харал Лухан и его люди не нашли тебя там…

Перрин покачал головой. То, что он делал, невозможно было объяснить никому, кто не знал, что такое волчий сон.

— Что случилось, Берелейн? Война? Наши армии?

Она поджала губы.

— Я могу чувствовать запах правды, — сказал Перрин. — Тревога и беспокойство, — он вздохнул. — Я видел, куда переместилась битва. Если двуреченцы тоже на Поле Меррилор, все три наши армии оттеснены в одно место. Все, кроме той, что у Такандара.

— Мы не знаем, как обстоят дела у Лорда Дракона, — тихо сказала она, усевшись на стул возле постели. У стены Джанира взяла за руку Уно. Он задрожал, когда волна Исцеления прокатилась по его телу.

— Ранд еще сражается, — сказал Перрин.

— Слишком много времени прошло, — ответила она. Что-то она недоговаривала, было нечто, что она обходила стороной. Он мог чувствовать это в ее запахе.

— Ранд еще сражается, — повторил Перрин. — Если бы он проиграл, нас бы здесь уже не было. — Он откинулся назад, чувствуя, что выжат до предела. Свет! Не мог же он просто лежать, пока люди умирали, правда? — В Скважине время течет иначе. Я там был и убедился лично. Тут прошло много дней, но я уверен, что для Ранда прошло не больше одного дня. А то и меньше.

— Это хорошо. Я передам твои слова прочим.

— Берелейн, — сказал Перрин. — Мне нужно, чтобы ты сделала кое-что для меня. Я отправил Илайаса с посланием нашим армиям, но не знаю — доставил ли он его. Грендаль воздействует на разум наших Великих Генералов. Можешь ли ты узнать, дошло ли предупреждение?

— Дошло, — сказала она. — Почти опоздало, но дошло. Ты хорошо справился. Теперь спи, Перрин, — она встала.

— Берелейн? — спросил он.

Она обернулась к нему.

— Фэйли, — сказал он. — Что с Фэйли?

Ее тревога стала сильнее. Нет.

— Ее обоз был уничтожен пузырем зла, Перрин, — тихо сказала Берелейн. — Мне жаль.

— Ее тело нашли? — заставил он себя задать вопрос.

— Нет.

— Значит, она еще жива.

— Это…

— Она еще жива? — надавил Перрин. Он должен быть уверен, что это правда. Если не будет…

— Надежда, конечно, есть, — сказала она, затем подошла к Уно, который сгибал свою Исцеленную руку, и кивком велела ему следовать за собой, когда покинула комнату. Джанина возилась у умывальника. Перрин все еще мог слышать стоны снаружи, и пахло здесь целебными травами и болью.

«Свет, — подумал он. — Караван Фэйли вез Рог. Неужели Тень похитила его?»

И Гаул. Он должен вернуться к Гаулу. Он оставил его в волчьем сне, защищать Ранда. Если судить по истощению самого Перрина, Гаул долго не продержится.

Перрин чувствовал себя так, словно мог бы проспать недели. Джанина вернулась к его постели и покачала головой.

— Не стоит тебе пытаться заставить себя не закрывать глаза, Перрин Айбара.

— Мне еще слишком многое нужно сделать, Джанина. Пожалуйста. Я должен вернуться в бой и…

— Ты останешься здесь, Перрин Айбара. В таком состоянии от тебя никому не будет пользы, и ты не заработаешь джи, пытаясь доказать обратное. Если кузнец, который принес тебя сюда, узнает, что я позволила тебе уйти и умереть на поле боя, думаю, он вернется, чтобы повесить меня снаружи окна за пятки. — она заколебалась. — И, думаю, он сможет это сделать.

— Мастер Лухан, — сказал Перрин, с трудом вспоминая последний момент перед тем, как потерял сознание. — Он там был. Он нашел меня?

— Он спас тебе жизнь, — сказала Джанина. — Этот человек взвалил тебя на спину и бегом донес до Айз Седай, чтобы унести через врата. Когда он прибыл, тебя от смерти отделяли секунды. С учетом твоих размеров, просто поднять тебя — уже заслуга.

— Мне не нужно спать, — сказал Перрин, чувствуя, как слипаются глаза. — Мне нужно… Нужно взять…

— Уверена, нужно, — сказала Джанина.

Перрин позволил себе закрыть глаза. Это должно убедить ее, что он собирается сделать так, как она велит. Затем, когда она уйдет, он может встать.

— Уверена, нужно, — повторила Джанина; по какой-то причине ее голос звучал все тише.

«Сон, — подумал он. — Я засыпаю». Снова он увидел перед собой три пути. На этот раз один вел в обычный сон, другой — в волчий сон, пока спит его тело, этот путь он выбирал обычно.

А между ними — третий путь. Волчин сон во плоти.

Это было сильное искушение, но в данный момент он предпочел не идти этим путем. Он выбрал обычный сон, так как понимал, что без этого его тело умрет.

* * *