Читаем Память льда полностью

— Выходит, я оказался самым тупым и не уловил всех тонкостей имперской игры, — вздохнул Скворец.

— Скорее уж единственным по-настоящему благородным человеком, ибо подобные игры никогда не бывают честными… Ладно, слушай дальше. Мы знали, что Увечный Бог готовится к наступлению. И не сомневались, что остальные боги не останутся в стороне и устроят заваруху. Согласен, мы не предвидели, что вмешаются древние боги, но всего наперед никак не угадаешь, верно? Итак, по всему чувствовалось: неприятностей не избежать. Но откуда нам было знать, что события в Паннионском Домине как-то связаны с замыслами Скованного?

Можно, конечно, рассуждать о случайностях, удивительных совпадениях и о стечении обстоятельств. Только вряд ли наши сжигатели мостов совершенно случайно натолкнулись на калеку-ремесленника из Даруджистана, который оказался шпионом Увечного Бога. И вряд ли случайно Быстрый Бен оказался здесь, когда в Колоде появился дом Цепей. Ласин всегда понимала важность тактических ходов и учила этому Келланведа… Не смотри на меня так. Я-то знаю правду, пусть лживые историки и пишут обратное.

— А пробуждение яггутского тирана? — спросил Скворец. — Тоже пример тактической мудрости Ласин?

— Представь себе, да. Это была ловушка для Увечного Бога. Расчет оправдался. Он клюнул на приманку, и мы его поймали. Возможно, не совсем так, как думали, но поймали.

— М-да, — пробормотал Скворец.

— Что касается Парана, тут тоже есть своя логика. Управительницей Колоды должна была стать Рваная Снасть. Тайскренн готовил ее к этому. Однако потом все пошло наперекосяк. Что оставалось Тайскренну? Перекинуть мостик к тому, кто был ближе всего к колдунье. Не телесно, разумеется, а духовно. Знаешь, Скворец, если теперь оглянуться назад, то получается, что самым тупым и недогадливым игроком был Беллурдан. Тайскренн послал его не затем, чтобы он убил колдунью. От Сокрушителя Черепов требовалось всего-навсего вернуть ее в Крепь. Мы никогда не узнаем, что именно произошло между ним и Рваной Снастью там, на равнине, но поверь мне: это был один из самых черных дней в истории Малазанской империи. И лишь по счастливой случайности роль Господина Колоды досталась малазанскому офицеру, а не какому-нибудь пастуху-гадробийцу, который неподалеку перегонял стадо… Что ж, так или иначе, Опоннова удача сыграла нам на руку, и, думаю, больше тут добавить нечего.

— Спасибо за объяснения, Дуджек. Честно говоря, мне после твоих рассказов тоже стало страшно, — признался Скворец. — До сих пор наши действия казались мне весьма хитроумными. А теперь поди разберись, кто кем на самом деле манипулирует. Мы играли в прятки с Престолом Тени, гремели цепями Увечного Бога. А теперь подыгрываем Каладану Бруду, о чем сам он даже не догадывается. И в то же время мы отпихиваем от себя т’лан имассов или, во всяком случае, отказываемся от их помощи…

— Иногда обстоятельства складываются так, что времени на раздумья нет, а промедление чревато гибелью. Если бурная река вдруг вынесет тебя на стремнину, то не останется ничего иного, как плыть по течению. Сейчас на такой стремнине оказалась Ласин, а с нею — и вся Малазанская империя. Мы должны сделать все, чтобы императрица выплыла и не захлебнулась. Если Каладан Бруд во имя Огни взмахнет своим молотом — мы все потонем. Мир, закон, порядок, государство — все сгинет в водовороте Хаоса.

— И дабы удержать Воеводу от столь опрометчивого поступка, мы жертвуем собой и бросаем вызов Увечному Богу? Опять мы. Усталая, измотанная армия, лишившаяся лучших своих солдат, которые погибли не в сражениях с врагом, а из-за очередного страха Ласин!

— Мы должны простить ей этот страх, Скворец. Ласин — не богиня, а обыкновенная смертная.

— Простить ей гибель сотен наших товарищей в Крепи?

— Это была трагическая случайность. Тайскренн приказал сжигателям мостов оставаться в туннелях, потому что там было безопаснее всего. Что ты так смотришь? Да, он считал туннели самым безопасным местом.

— А мне кажется, кто-то очень старался под шумок избавиться от нас.

«Вернее, не от нас, а от меня. Я начинаю подозревать, Дуджек, что ты знаешь об этом гораздо больше, чем говоришь. Как бы я хотел ошибаться…»

— А как насчет того, что случилось в Даруджистане?

— Счастье, что этот город не взлетел на воздух. Там царила полнейшая неразбериха. Все друг друга недопоняли. И потом, учти: слишком мало времени прошло, мы еще не успели очухаться после осады Крепи.

— Отрадно слышать. Значит, не у одного меня была в ту пору мешанина в мозгах.