Читаем Ожерелье королевы полностью

Весна наконец-то пришла на север, и в небе над Тарнбургом с утра до вечера вились угловатые черные силуэты птиц, возвращающихся из теплых краев. В сумерках они опускались на илистые пустоши вокруг города, которые от талой воды превращались в бескрайние болота. Даже в центре города слышны были печальные крики диких гусей.

На вершинах гор к северу и к востоку от города снег не таял никогда — разве только во время извержений, когда по склонам струились потоки жидкого огня. Но сейчас горы мирно спали, их склоны сияли ослепительной белизной, и в свете холодного весеннего солнца на них больно было смотреть. Дни становились все длиннее, но воздух все еще оставался по-зимнему морозным; в Линденхоффе во всех залах пылали камины.

В этих веселых, раззолоченных, жарко натопленных салонах после долгого траура снова начиналась обычная придворная жизнь. Сначала карточные вечера, где дамы в платьях из узорчатого шелка и стеганого атласа допоздна играли в Виск, Козыри и Пополам, а джентльмены в шитых золотом камзолах делали скромные ставки на то, как выпадут серебряные игральные кости. Началась повальная мода на азартные игры, и вот уже все заключали пари на все подряд, от паучьих бегов до того, какого цвета жеребенок народится в королевских конюшнях. Потом началась мода на розыгрыши — впрочем, вполне изящные и благонравные. Шутники наполняли яичную скорлупу духами и конфетти, а потом бросали в переполненные комнаты, осыпая присутствующих пастельными осколками и ароматом роз. Подкрашенную сахарную воду наливали вместо бренди в дворцовые графины; переодевания вкупе с модой на черные бархатные полумаски стали причиной множества веселых недоразумений, когда мужчин принимали за женщин и наоборот.