Читаем Ответ Империи полностью

— … На закончившемся вчера поздно вечером заседании экстренной встречи глав государств Евросоюза, — донесся из динамиков ровный голос диктора, — стороны пришли к единодушному выводу, что планируемый переход на единую валюту не может быть осуществлен в девяносто девятом году. Как практически единодушно утверждают представители стран — членов ЕС, четвертая и пятая волны расширения Евросообщества привели к тому, что объединяющейся Европе угрожают растущие долги, рецессия, анархизм и крах доверия к капитализму в целом. Как отметил в своем выступлении премьер-министр Великобритании Тони Блэр, 'Антикапитализм пленил целое поколение'…

— Господи, — вздохнула Вероника, — как хорошо, что мы в нормальной стране родились.

— …Чтобы противостоять антикапиталистическому терроризму и избежать сползания европейских стран в глубокий кризис, Тони Блэр предложил рассматривать строить дальнейшую европейскую интеграцию на базе структур Североатлантического блока, что, по мнению ТАСС, является попыткой начать новый виток гонки вооружений и милитаризации стран Европы. Как отмечают обозреватели, на вечернем заседании углубились противоречия внутри Евросоюза. В то время, как Великобритания выступает за нарастающее влияние США на европейскую политику, канцлер Германии Гельмут Коль высказался за дальнейшее расширение экономических связей с Советским Союзом, определив предложенный курс как 'кластеризацию' Европы…

— Ну вот, и за нас есть кто-то.

— Знаешь, Викусь, черт их знает. Дружище Коль мужик себе на уме.

— … По сути дела речь идет о частичном воссоздании Совета экономической взаимопомощи для восточноевропейской части ЕС, но, по мнению обозревателей, в данный момент это скорее похоже на попытку переложить на СССР часть трудностей, возникших в экономиках бывших социалистических стран. Это предложение, однако встретило резкую критику президента Франции Жака Ширака, который в своем выступлении предостерег правительства европейских стран от, как он выразился, 'угрозы русско-германского промышленного гегемонизма'.

— Подожди, я в чай лимон положу.

— Потрясающе, здесь уже лимоны осенью…

— Они уже пятнадцать лет у нас и зимой и осенью. Я же понимаю, у вас там антисоветская пропаганда…

— У нас?

— Не у нас, в смысле… Ну, ты понял.

— … По мнению Жака Ширака, источником проблем европейского сообщества является, по его словам, 'англосаксонский ультралиберализм', и путь выхода из кризиса следует искать в усилении государственного и межгосударственного регулирования экономики в рамках ЕС. Также им было предложено принять поправки к законодательству, ограничивающие права граждан на участие в забастовках и массовых акциях протеста. Последнее предложение, в свою очередь, вызвало резкую критику главы левоцентристского правительства Италии Романо Проди, который опасается потерять поддержку со стороны стремительно набирающих популярность коммунистов…

Что сказал Романо Проди, так и осталось для Виктора неизвестным, потому что как раз в этот момент раздалась соловьиная трель звонка.

— Это у подъезда, — опередила его Вероника, и достав из кармана халата светло-серую коробочку радиодомофона, размером немного более компьютерной мыши, приложила к уху, затем нащупала указательным пальцем красную кнопку сверху и нажала ее. — Ну, вот и все.

Она тихо подошла к окну.

— Не хочу больше о политике…

Ее палец с красным лакированным ногтем лег на кнопку переключателя программ — приемник был с цифровой настройкой — и торжественно-тревожные звуки танго 'Avant de Mourir' Жоржа Буланже разлетелись по кухне, родив в груди какой-то незнакомый острый комок; Виктора вдруг что-то словно толкнуло, он порывисто встал, обнял сзади Веронику за плечи и поцеловал в открытый и такой беззащитный уголок шеи, чуть пониже светлого локона, вдохнув нежный запах волос, показавшийся ему как-то по особенному домашним.

— Я вернусь, — негромко сказал он, — я обязательно вернусь, я это знаю. Не потому, что раньше все кончалось удачно, удача бывает и вот ее уже нет; просто за мной моя огромная страна, и за мной ты, мой нежный скромный человечек, моя надежда на счастье в этом мире.

— Ну, хорошо, хорошо… Вероника приподняла руку, словно у нее вдруг зачесался ее вздернутый носик; — Ты иди. Тебе пора. Со мной все будет хорошо… не волнуйся.

Два сотрудника на лестничной клетке, крепкого телосложения, в черных кожаных куртках, синих джинсах, заправленных в шнурованные берцы, в одинаковых вязаных черных лыжных шапочках, которые в один момент можно было превратить в маски, с непримечательными одинаковыми лицами, снова напомнили Виктору братву из его 90-х, и первый момент у него мелькнуло в голове, что его почему-то пришли арестовывать, хотя неизвестно почему. Но вот один из них, по-видимому, старший, аккуратно достал карточку-удостоверение (как потом узнал Виктор, это был заодно и мастер-пароль к каким-то там дверям), и вежливо обратился.