— …И тут мы балансируем на нити, натянутой над пропастью, — словно не слыша друга, задумчиво продолжал Рейме, — между возможностью совершить истинное благо или ужасное зло, между открытием правды и отвратительной клеветой. Как тонка, оказывается, грань между преданностью и предательством! Настолько тонка, что ты ступаешь по ней и уже не понимаешь, по какую сторону черты оказалась твоя нога.

Вельстадт больше ничего не говорил, только слушал со все возрастающим беспокойством и — что уж там отрицать! — непонятным ему самому страхом.

— И вот, похоже, — Рейме согнулся, как от сильной боли, и закрыл лицо руками, — мне придётся пройти по канату над пропастью с завязанными глазами. И как бы всё ни закончилось, я уже не имею права отступать, — он решительно поднялся с кресла. — Я должен немедленно поговорить с Вендриком.

— Ты с ума сошёл? — Вельстадт вскочил на ноги. — На ночь глядя, без предупреждения, да ещё и как раз тогда, когда Его Величество в таком паршивом настроении!

— Я не могу больше ждать, — печально сказал Рейме, отстраняя Вельстадта со своего пути. — Я и так потерял слишком много времени из-за своей трусости и сомнений…

— Хочешь, я пойду с тобой? — тихо спросил Вельстадт — заглянув в глаза товарищу, которого он знал не хуже, чем самого себя, и доверял, пожалуй, больше, чем себе, старый солдат понял, что спорить бессмысленно.

— Нет, друг мой, — Рейме тепло улыбнулся, — я должен пройти через это один. В конце концов, если я окажусь неправ, кто-то ведь должен будет остаться Королевским Защитником, — и он быстро вышел из кабинета. Вельстадт с тревогой смотрел ему вслед. Недоброе предчувствие вдруг заставило вздрогнуть, будто за ворот пролилась струйка дождевой воды.

Выйдя в темноту, Рейме на мгновение задержался, подставив лицо секущим струям дождя. Дранглик словно качался на волнах штормового моря. Мутные потоки неслись по переполненным водосточным желобам, отводящим воду от стен замка, чтобы слиться в единую маленькую, но бурную и полноводную речку центрального жёлоба, который, в свою очередь, в дальнем конце двора разветвлялся на несколько рукавов, сбрасывавших воду в замковую канализацию. Рейме постоял, глядя на завихрения струй, затем достал из кармана сложенный листок, на котором собственноручно записал перевод отрывка из манускрипта «Трактат о Темной Душе». Перевод, возможно, был неточным — всё же язык, на котором был написан трактат, давно умер вместе с народом, говорившим на нём, — но всё же Рейме смог разобрать достаточно, чтобы понять — над Дрангликом и королём нависла смертельная угроза.

И теперь судьба королевства зависела от того, насколько убедительным сможет быть Рейме в разговоре с Вендриком. Удастся ли ему заставить короля поверить своему верному рыцарю, а не возлюбленной супруге?

Выбор сделан, осталось только идти до конца.

Был ли Рейме абсолютно уверен в своей правоте?

Нет, конечно.

Но он не мог поступить иначе. Он не мог не делать того, что должен. И ответственность за его решение — только на нём.

Капитан смял листок в кулаке и кинул в мутную воду. Светло-коричневые волны подбросили, закрутили комок бумаги и потащили к развилке, туда, где центральный канал разделялся на несколько желобов поменьше. Комок запрыгал на волнах, словно не решаясь выбрать направление, затем покружился на месте и наконец уплыл по среднему из желобов.

— А верно ли ты выбрал? — горько усмехнулся Рейме, провожая взглядом расправляющийся под напором воды смятый лист, развернулся и решительным шагом направился в сторону главной лестницы замка Дранглик.

[1] Рассказ был написан 02.02.2018 г. и послужил «зародышем» для романа.

14

Рейме. Сейчас

Всё прошло именно так, как он и ожидал. Он думал, что готов. А оказалось…

Сидя на полу в камере, Рейме прижимался ноющим затылком к холодному камню и до рези в глазах вглядывался в темноту, только чуть разбавленную тревожно-оранжевым отсветом единственного на весь коридор факела. Сколько времени прошло? Скоро ли утро? Суд… Приговор… И покончить с этим.

Хотя что значит покончить? Рейме — нежить. И сколько бы раз он ни умер, пока опустошение не заберёт его разум, воспоминания о сегодняшнем дне останутся с ним. И это будет больно.

Да, Рейме прекрасно понимал, с какими вестями он направляется к королю. Он ожидал, что его за его словами последует буря. Но всё же это ранило неожиданно сильно — увидеть такое выражение на лице Вендрика: изумление, недоверие… И отвращение. А в следующий миг лицо превратилось в застывшую маску. Король сделал шаг назад, положив руку на рукоять меча. И вызвал личную стражу. Сегодня его покои охраняли подчинённые Вельстадта.

Не было нужды произносить слова обвинения вслух. Они читались на лице Вендрика.

«Я доверял тебе…»