Читаем Отравленные слова полностью

Эва разворачивается и направляется к дому. Она вся вымокла и уже дважды чихнула. Она торопливо шагает и признается сама себе: она была несправедлива к Барбаре и убила ее из любви. Потому что не могла без нее жить. Стерла ее из своей жизни еще до того, как она исчезла, и потому ее настоящее исчезновение не потрясло Эву. Ей открывает мать и отчитывает за то, что она вся вымокла. Эва отвечает, что ей еще повезло: ее дочь может промокнуть и прийти домой переодеться, а вот Нурия Солис таким везением похвастаться не может. Мать замирает совершенно ошеломленная, а Эва шествует в душ и по пути осознает: она сказала именно то, что думает. Ведь Барбара жива, а ее мать не знает об этом. Может, она сейчас мокнет под дождем на улицах Барселоны, а ее мать думает, что дочь мертва и лежит в земле. Эве плохо. Она надеялась, передав телефон отцу Барбары, избавиться от ответственности, но нет. Новость жжет ей язык, ей хочется распахнуть окно и проорать благим матом, что Барбара жива, иметь смелость отправиться на поиски. И потом, думает Эва, Барбара позвонила именно ей, чтобы сообщить, что жива. Не отцу, не матери, не в полицию – она позвонила ей. Но почему? Они ведь больше не подруги. Почему она позвонила Эве?

Она переодевается у себя в комнате, когда раздается звонок. Мать приносит ей телефон и, прикрыв трубку ладонью, шепчет: «Это из полиции звонят». Эва тут же подносит трубку к уху, ее слегка трясет.

– Я слушаю.

Из трубки раздается спокойный голос Лосано, субинспектора.

– Эва Карраско? Добрый вечер, это субинспектор Сальвадор Лосано.

– Добрый вечер, – отвечает Эва, гадая, зачем он ей звонит: чтобы сказать, что Барбару нашли, или чтобы выяснить все подробности из первых уст.

– Так в чем дело? Ты хотела поговорить со мной, верно?

Эва холодеет. Значит, он пока ничего не знает!

– К вам не заходил сеньор Молина, отец Барбары Молины? – спрашивает она напрямик.

Похоже, Лосано удивлен.

– Нет. Насколько мне известно, он не заходил.

Эва мнется, колеблется. Что же делать? Рассказать то немногое, что ей известно? Что Барбара жива и у нее есть телефон. Но Эва помнит, что сказал ей Пепе Молина: забудь обо всем и предоставь это мне. На кону жизнь Барбары. А главное – это ее отец, он сделал для своей дочери больше всех, он больше всех заинтересован в том, чтобы найти ее живой.

Эва быстро находит выход.

– Он мне сказал, что собирается зайти, хотел вам что-то рассказать. Он сам все объяснит, – добавляет она, давая понять, что не уполномочена раскрывать подробности, что это не ее дело. Но Лосано тянет, он явно не настроен прощаться и вешать трубку.

– Погоди, – умоляет он, – погоди минутку. Ты точно ничего не хочешь мне рассказать?

– Нет.

– У тебя есть какая-то информация о Барбаре?

Эва набирает воздуха в легкие и повторяет:

– Вам обо всем расскажет ее отец.

Но субинспектор настаивает:

– Если захочешь мне что-то рассказать, вот мой мобильный, звони в любое время.

Эва бормочет на прощание:

– Если что-то узнаю, позвоню вам.

И вешает трубку, проклиная все на свете. Она мрачно натягивает одежду, расчесывает волосы – сухие, как пакля, – и злится на себя. Это ж надо было так попасть! Теперь Лосано точно полезет куда не следует и все испортит. Пепе хотел действовать тайно – теперь это ему не удастся. Неудивительно, что он не доверяет полиции: они столько лет тянут кота за хвост и так и не нашли ни одного доказательства, чтобы посадить Хесуса Лопеса. Совершенно очевидно, что жена его покрывала. Совершенно очевидно, что это он обнаружил Барбару в Бильбао, увез в Лериду и там убил. Точнее, не убил, поправляется Эва, а увез куда-то и спрятал. Она колеблется. А может, Барбара сбежала по его вине. Может, убегала от Хесуса и хотела встретиться с Мартином. Да, не все сходится. Но ясно одно: он манипулировал Барбарой, а она совсем выбилась из сил и не видела выхода. Неужто так сложно было поймать его на лжи? Заставить рассказать правду? Полиция – просто сборище идиотов. Только Пепе умеет действовать. Как он тогда отделал Хесуса, жалко только, что она этого не видела. Разбил ему нос и зуб выбил. Хесус того заслуживал. Он заслуживал, чтобы его отметелили как следует и назвали педофилом прямо в лицо. «Плюйте на лысые головы кретинов!» – прозорливо написал поэт Сальват-Папассейт. Мир полон кретинов, но никто не хочет этого признавать. И вдруг она замирает, вспомнив, что рассказала Пепе Молине о своих необоснованных подозрениях насчет Мартина Борраса. Ее прошибает холодный пот. Что она наделала? Зачем это сказала? Пепе же убьет его. Он и не на такое способен. Он чуть не убил Лопеса, а за эти четыре года его ярость только выросла. Он уничтожит Борраса! И зачем ей надо было молоть чушь! Ясно как день: Боррасу не жить! Вот почему Пепе не пошел к Лосано: хотел сам восстановить справедливость. Хотел отомстить!