Читаем Отравленные слова полностью

– Я поддерживаю контакт с родителями, особенно с отцом, у него-то голова на месте. Поначалу казалось, что это плевое дело. Пятнадцатилетняя девчонка сбегает из дома, оставляет записку, пишет, уезжаю далеко, не ищите, забирает с собой мамину кредитку. Несколько дней спустя ее след обнаруживается в Бильбао, где живут ее дядя с тетей. И естественно, находятся свидетели, которые подтверждают, что она приехала к дяде с тетей, но тех не было дома: уехали в отпуск. И тут вдруг все переворачивается с ног на голову. Пока баскская полиция и ее собственный отец разыскивают ее в Бильбао, Барбара среди ночи звонит домой из телефона-автомата в Лериде. Она в отчаянии. В телефонной кабине обнаружены неоспоримые признаки насилия: кровь жертвы и брошенная сумка. Один из свидетелей показал, что видел, как молодую девушку куда-то тащит мужчина. Но была ночь, стоял туман, и он не смог припомнить никаких подробностей. В этот момент дело приобрело трагический оттенок, по очереди объявились два подозреваемых и многочисленные улики против каждого из них. Мы пахали будь здоров, обыскивали все, прочеcывали пустыри и свалки, всю Каталонию на уши поставили. Кучу времени и сил потратили, но так ничего определенного и не нашли. В итоге подозреваемых пришлось отпустить за недостатком улик, а судья прекратил разбирательство. Больше ничего выяснить не удалось.

Тони Суреда вытягивает руки, демонстрируя мускулы. Ходит в тренажерку каждый день, прикидывает Лосано, по паре часов минимум, и в солярий заглядывает. И волосы небось удаляет на груди и на ногах. Такие вещи удивляют Лосано. Недавно они пили кофе в баре, и Суреда сказал, что, прежде чем стать полицейским, он торговал петардами, а потом работал фитнес-инструктором.

– Конечно, я помню Барбару, – торопливо отвечает паренек. – Помню ее фотографии на улицах, демонстрации, выступления ее отца, помню, как все вновь и вновь бросались на поиски, стоило кому-то позвонить и направить нас на ложный след. Подозреваемых было двое: студент из хорошей семьи и учитель, верно?

– Точно. Мартин Боррас и Хесус Лопес.

– И что про них удалось выяснить? – заинтересованно спрашивает без пяти минут субинспектор.

С одной стороны, Лосано рад, что Суреда тоже заинтересовался делом Барбары. С другой – немного раздражен. Ничего нет хуже незрелых суждений. Да еще все эти желтые газетки сильно навредили расследованию. Лосано продолжал следить за подозреваемыми. Он был убежден, что рано или поздно преступник совершит ошибку и выдаст себя. В университетские годы он читал по ночам «Преступление и наказание» и твердо знал, что каждого убийцу гложет желание предъявить свое преступление миру, за эту-то ниточку и нужно тянуть. Но то ли ему недоставало смекалки, то ли подозреваемые были чересчур хитры. С другой стороны, нет ведь и состава преступления, нет тела, которое могло бы прояснить ситуацию, нет даже места преступления, на которое можно было бы вернуться. Туман, окутавший Лериду той ночью, за эти годы лишь сгустился. И если раньше Лосано верил, что ветер разгонит мглу, то теперь он вынужден признать: следы стерлись окончательно. Ему так и не удалось доказать, что подозреваемые имеют отношение к исчезновению Барбары.

Лосано достает досье обоих. Он их регулярно дополнял. Протягивает Суреде и начинает рассказывать по памяти.