Читаем Отчаянная полностью

— Хилари, никогда, никогда не поступай так, как я — не посвящай свою жизнь другим! — торжественно произнесла она. — За бескорыстие нет награды в этом мире.

Посчитав на данный час свою воспитательную миссию выполненной, хозяйка предложила мне подняться к себе наверх и отдохнуть. Ее предложение оказалось кстати, поскольку мне было необходимо вымыться и переодеться к ужину. Кстати, к ужину миссис Мэдкрофт ждала гостя. Бросив последний осколок хрусталя в корзину для мусора, я с удовольствием позволила хозяйке выставить меня из гостиной.

Во время переодевания у себя наверху я неторопливо перебирала в памяти все то, что услышала из уст миссис Мэдкрофт после визита скандальной посетительницы. Многое показалось мне фантастическим, кое с чем я в принципе не могла согласиться. Но в чем наши суждения с хозяйкой дома полностью совпадали, так это в оценке уходящего дня. Действительно, день выдался из тех, которые запоминаются на всю жизнь.

Мое провинциальное классическое воспитание, к сожалению, не подготовило меня к таким эмоциональным встряскам. Общение с женщиной вроде миссис Мэдкрофт всего лишь в течение одного дня, похоже, оказалось для меня непосильным. Предположения по поводу экзотических способностей миссис Мэдкрофт, возникшие у меня после столкновения с мистером Ллевелином, подтверждал также случай с миссис Бродерик. Вот уж влипла я так влипла! Прямо-таки сумасшедший дом. Хозяйка изо всех сил старалась оставить меня здесь, но я не могла представить себе жизни в нем. И уехать тоже не могла. Мне так хотелось узнать о своей матери как можно больше, и главное-то, чего я не знала.

Теперь, когда я потеряла ее навсегда, было вдвойне важно собрать о ней все, что еще оставалось. На это у меня, по всей видимости, уйдет всего несколько недель. Таким образом я удовлетворю свое самое заветное желание. Затем придумаю более-менее подходящее объяснение своего отъезда, например, что не подготовлена к жизни под кровом миссис Мэдкрофт.

Предоставленная самой себе на час, я распаковала вещи, встряхнула черную мантилью и повесила платья в гардероб. Затем вымыла руки и лицо, привела в порядок прическу. Ровно в семь взглянула на себя в зеркало, поправила несколько прядей каштановых с медным отливом волос и степенно спустилась вниз.

Из гостиной доносился голос миссис Мэдкрофт, а в промежутках слышался голос другого человека, судя по низкому тону, — мужчины. Я мысленно поблагодарила Бога за то, что хозяйка дождалась гостя, а не очередного клиента.

В дверях гостиной я остановилась и осмотрелась. За время моего отсутствия Чайтра все привела в порядок и даже создала видимость уюта. В камине потрескивал огонь. Пламя отбрасывало оранжевые отблески на расписанные и отделанные бисером антикварные вещи, приглушая яркие краски и превращая их за счет этого в безвкусные поделки. Теперь атмосфера гостиной уже не казалась мне такой гнетущей, как днем. Хотя запах фимиама все еще ощущался, курильницы были потушены и прикрыты.

Миссис Мэдкрофт в этот раз своему римскому дивану предпочла стул с подлокотниками. А пурпурное платье сменила на платье из муарового шелка бледно-лилового цвета, которое шло ей больше. По этой ли причине или потому, что ее гостем был приятный ей джентльмен, но, заметила я, лицо ее светилось радостью.

Увидев, что я задержалась у входа, миссис Мэдкрофт пригласила; «Хилари, дорогая, входи! Я хочу, чтобы ты кое с кем познакомилась. Это мистер Квомби — один из моих самых дорогих друзей».

Джентльмен поднялся с кресла, стоявшего спинкой к двери, и повернулся, чтобы посмотреть на меня. Ему было около тридцати пяти, и он выглядел значительно моложе миссис Мэдкрофт. Ростом он оказался значительно ниже ее и лишь всего на дюйм выше меня. Его прямые черные волосы разделял пробор на одну сторону. Мистер Квомби заметно щеголял короткими усиками. Неестественно маленькая радужная оболочка придавала его взгляду пронзительность. Казалось, он сверлил меня насквозь своими темными глазами, хотя, вполне возможно, делал это непреднамеренно.

У меня сразу же возникло к мистеру Квомби необъяснимое чувство антипатии. Разумеется, я старательно скрыла его, и гость ничего не заметил. Он приятно улыбнулся и на европейский манер отвесил поклон всем корпусом. Весьма неохотно я прошла вперед и подала ему руку. Он сделал жест будто преподнес ее к своим губам. К моему большому облегчению, это был только жест. К еще большему облегчению, он тут же отпустил мою руку.

— Миссис Мэдкрофт мне все о вас рассказала, — сразу же доложил он. Я недоумевала, что именно она могла рассказать, ведь за время пребывания в доме я почти ничего не сообщила о себе.

Взмахом руки миссис Мэдкрофт подозвала меня и предложила сесть на стул рядом с ней. «Я хотела попросить мистера Квомби сопроводить нас в поместье Ллевелина, — с наигранной доверительностью произнесла она. — Но после визита ко мне мистера Ллевелина это стало, конечно, невозможно».

— Этот человек несет ответственность за свое чудовищное поведение, — горячо поддержал мистер Квомби. — И он обязательно заплатит за это!