Читаем Отборный жених кн. 2 полностью

Прямо над его запрокинутым лицом просвистел металл… И раскаленный, с огня, котелок с размаху влепился Безногому в физиономию. Обожженная кожа зашипела. Чуч размахнулся снова — и ударил горячим котелком прямиком по распахнутому для крика рту Безногого.

Выбитые зубы брызнули во все стороны.

— Ты что дела… — «беременная» выхватила из-за голенища нож и кинулась к своим подельникам на помощь.

Пыря ловко подставил ей подножку, она нырнула носом вперед… Чуч повернулся на пятке и приложил ее котелком по затылку. Волосы смягчили удар, но она все равно ткнулась лицом в пол. Нож выпал у нее из рук… Мартин в низком броске схватил оружие.

— Убью! Всех! — ревущий от боли Безногий, растопырив руки, ринулся на Чуча.

Чуч взвился в прыжке. Когда и как он успел перехватить хлыст у Мартина, не заметил никто. Шустро, как чумовая белка, Чуч запрыгнул Безногому на плечи и рукоятью кнута передавил горло.

Безногий захрипел и заметался.

Мартин, подвывая от боли в сломанной руке, уже тащил лежащую на полу Булку за шиворот из-под ног дерущихся. Вовремя! Безногий с Чучем на плечах врезался в визжащего от боли Слепого, опрокинул того на пол, и протопотал поверху. Слепой уже не орал, а только разевал рот, когда подельник всей тяжестью наступил на обожженное лицо.

Безногий вскинул руки, намереваясь схватить Чуча и швырнуть в стену. Чуч соскользнул с его плеч… и повис, держась обеими руками за хлыст. Под тяжестью мальчишки кнут впился Безногому в горло, тот отчаянно захрипел… схватился обеими руками за шею, качнулся, пытаясь ударить Чучем об стену.

Мальчишка изогнулся и уперся обеими ногами врагу в спину. Выгнулся точно натянутый лук, всю силу и весь вес тела вкладывая в то, чтобы не отпустить хлыст.

Глаза Безногого жутко выпучились, он захрипел, вскинул руку — пальцы его сжимались и разжимались, пытаясь нашарить висящего на его плечах Чуча. Вцепились Чучу в бок, как клещами, рванули… И мальчишка отлетел в сторону, с размаху врезался в стену, и бессильно сполз вниз.

Безногий торжествующе взревел и кинулся добивать.

Он уже навис над Чучем. Лицо его исказилось жуткой радостью, рука потянулась к горлу мальчишки…

Мартин метнулся вперед. И всадил Безногому под ребро нож.

Брызнула кровь.

Безногий замер. Взгляд его стал недоуменным и каким-то детски обиженным. Он еще успел повернуться… Пальцы его схватили воздух у самого лица Мартина… Безногий пошатнулся… и рухнул ничком, гулко приложившись лбом об пол.

Стены приюта снова содрогнулись.

— Вы что… что сделали? — мистрис Гонория обвела растерянным взглядом лежащих на полу нищих. Лишь фальшивая беременная слабо стонала, Слепой хрипло вздохнул и затих, из-под Безногого расплывалось кровавое пятно. — Убийцыыыы! — пронзительно заголосила мистрис.

Мартин с ножом в руках повернулся к ней… Она заорала еще громче и с воплем:

— На помощь! Убиваааают! — ринулась вон из комнаты.

Попытавшийся заступить ей дорогу Пыря был отброшен в сторону, будто мимо него дикий скакун пронесся. Выломанная городской стражей и кое как прилаженная Чучем дверь рухнула, голосящая мистрис вылетела на улицу:

— Помогите! Стража! — визжала она.

— Держите… ее… Приведет стражу — нам конец! — прохрипел Мартин.

Чуч коротко кивнул и помчался следом. Не обращая внимания на боль в спине и груди, он пронесся коридором, перепрыгнул выпавшую наружу дверь. Прыгая через засыпанные снегом грядки, выскочил на улицу.

Далеко, в самом конце улицы, блекло светился шар вовкуньего фонаря. В его слабом свете было видно, как знакомая фигура в развевающейся юбке и полощущейся на бегу шали мчится прочь — навстречу шагающему с другой стороны улицы вооруженному отряду.

Чуч резко остановился, едва не вписавшись лбом в ближайший забор и с ужасом смотрел как мистрис бежит отряду навстречу. Мистрис же вид вооруженных людей придал сил — она побежала еще быстрей, на бегу хрипло крича:

— Стража! Стража! Отбросы взбунтовались! Хватайте их! На виселицу! Всех!

— Ах, так мы тебе отбросы! — неожиданно заорал один из вооруженных людей и… сдернув с плеча ружье… выпалил мистрис Гонории в лицо.

Вспышка пламени разорвала темноту. Мгновение, меньшее, чем половинка удара сердца, уже мертвая женщина еще стояла… а потом плавно осела на разбитую мостовую.

Стрелявший издал ликующий клич и вскинул ружье к темным небесам.

— Бей вальеровскую сволочь! Смерть им всем! Смерть! — проорал он.

— Смееееерть! — жутким ревом отозвались остальные.

Вдалеке грохнуло. Мостовая качнулась, Чучу показалось, что она вот-вот встанет дыбом у него под ногами. Сейчас он сообразил, что ветхие стены приюта тряслись вовсе не от кипевшей внутри драки. Грянул еще взрыв, над крышами домов языки пламени облизали темное небо.

— Смеееерть! — вооруженная толпа ринулась по проулку.

Чуч прыжком метнулся в сторону и прижался к забору.

Его обдало запахом немытых тел, дешевой браги и крови. Чуч вжался в занозистые доски лопатками, словно хотел просочится насквозь. Да он и хотел, прекрасно понимая, что вооруженная толпа не только Гонорию, но и его убьет. Чтобы знал, как под руку подворачиваться!