Читаем Отбор полностью

– Не называй так сестру! – сказал Фадеев. – Мы поступим так. Ты, Алена, извинишься перед сестрой за то, что обозвала её. А ты, Оксана, извинишься за то, что взяла её сарафан без спроса. Лиза, поможешь ей выбрать другую одежду?

– Ну да, у меня других-то дел нет, – пробурчала Лиза.

Последовала пауза, за ней два тихих, вымученных «Извини».

Оксана доела кашу, и они вместе с мамой пошли в комнату. Михаил остался наедине с Аленой.

– Пап, а ещё ты мог бы зарабатывать больше, чтобы нам не приходилось из-за одежды ругаться, – вдруг сказала дочь.

Фадеев чуть не подавился кофе.

– А ты могла бы в 14 лет научиться следить за языком, – ответил он.

Он кинул обратно на тарелку недоеденный бутерброд и крикнул в сторону комнаты:

– Лиз, я посуду сам помою.

***

– Обыски в кабинете и квартире Кирсанова ничего не дали, – сказала Настя Снеговая на утреннем совещании следственной группы. – Его начальник и коллеги тоже не рассказали ничего полезного. Надеюсь, у вас результаты получше.

– Да, начальник Истомина, полковник Беляев, дал зацепку, – ответил Михаил Фадеев.

Он рассказал про Эколога.

– Это не единственное, что у нас есть по Истомину, – вступил в разговор Антон Беседин. – При обыске мы нашли в его квартире тайник. Там поддельные паспорта для него и его жены. И семьдесят тысяч долларов наличными.

– Спрашивали жену, откуда деньги и документы? – спросила Снеговая.

– Она отнекивается, говорит, ничего не знала, муж ей ничего не рассказывал, – ответил Беседин.

– Ещё есть результаты оружеведческой экспертизы, – сказал Фадеев. – Пистолет, из которого стрелял Истомин – это «ТТ» советского производства с самодельным глушителем.

Настя вздохнула. Она знала, как сложно отследить путь ТТ, да ещё и старого. Михаил подтвердил её опасения:

– В пулегильзотеку этот пистолет не внесен. Так что не будем пока заострять внимание на происхождении оружия, отработаем другие линии.

– Насчет других линий, вы верите Беляеву? – впервые заговорил Глеб Щеглов. – Как-то подозрительно что он сам сует вам зацепку, как будто хочет отвести подозрения от самого себя.

– Может быть так, а может быть он действительно разозлен смертью своего подчиненного и хочет, чтобы мы скорее в ней разобрались, – возразила Настя.

– Я согласен с Анастасией, – произнес Михаил. – Мы должны рассматривать оба варианта.

– Предлагаю установить наружное наблюдение за Беляевым и его подчиненными, операми Шевченко и Мячиным, – сказал Беседин. – Сегодня поговорю с начальством у себя, чтобы выделили людей.

– Принято, – ответил Фадеев. – Ещё нам нужна засада у квартиры Истоминой. Если она врет и все-таки что-то знает, за ней могут прийти. Это тоже на вас, Антон.

– Хорошо. И можно на «ты».

– Со мной тоже, – сказал Глеб.

– И со мной, – откликнулась Настя.

– Отлично. Глеб, на тебе работа с осведомителями, – сказал Михаил. – Мне пригодится любая информация об Экологе, Кирсанове, Истомине, Беляеве и любом другом фигуранте этой истории

– Принял.

– Настя, а ты проверь, пожалуйста, дела, которыми занимался Кирсанов. Нам нужно понять, что привело его к конфликту с Истоминым.

– Хорошо, – сказала Снеговая.

– Я тоже займусь проверкой дел Истомина. Антон, когда закончишь с согласованием мероприятий по наружному наблюдению и засаде, присоединишься ко мне, думаю, там есть работы на двоих. Все коллеги, к делу.

Настя, Антон и Глеб уже начали вставать, когда Михаил вдруг произнес:

– Настя, можешь остаться ненадолго, есть разговор?

– А вас, Штирлиц, я попрошу остаться, – пошутил Щеглов.

– Кстати этой фразы не было в романе Семенова, она появилась только в экранизации, – с улыбкой ответил Фадеев.

***

Они остались вдвоем. Снеговая внимательно смотрела на Михаила своими проницательными серо-зелеными глазами.

«Интересно, в чем дело».

– Насть, я бы не хотел, чтобы ты чувствовала себя на вторых ролях в этом расследовании, – сказал Фадеев.

«А, вот в чем».

– Я много хорошего о тебе слышал и рад возможности поработать вместе, – продолжал Михаил. – Если ты видишь, что при планировании расследования я что-то упускаю, то не стесняйся и говори прямо.

– Спасибо, Миша, приятно, что меня ценят, – Насте стало неловко и от формулировки, и от того, что назвала Мишей малознакомого человека на пятнадцать лет старше, – Но сейчас мне кажется, что все направления верные. Единственное, что…

Она замялась.

– Что? – спросил Фадеев и в его голосе было слышно напряжение.

– Поддельный паспорт, который нашли у Истомина в квартире. Ты же направишь его на экспертизу?

– Ну да, конечно.

– А можно сфоткать его и показать одному человечку? – попросила Снеговая. – Он хорошо разбирается в подделке паспортов, может, наведет на след.

– Хорошо разбирается потому, что сам их подделывает?

– Да.

***

Настя ждала Эри, торговца поддельными паспортами, в торговом центре у метро Ясенево. Полтора года назад именно там этот человек дал ей ключевую улику. Улику, разделившую её жизнь на до и после.

Иногда она завидовала прежней Насте, но сейчас, поднявшись в зону фудкорта, Снеговая вспомнила о своем прошлом с усмешкой. Тогда встреча с осведомителем была для неё нервотрепкой, сейчас стала обыденностью.