Читаем Особенный год полностью

После собрания я задержал младших командиров в зале, чтобы немного побеседовать с ними. Командиров взводов в тот вечер не было в казарме; я и сам охотно ушел бы домой, но все-таки остался, так как чувствовал необходимость поговорить по душам.

Ефрейтор Хаваш попросил меня отпустить его. Я поинтересовался причиной, тот улыбнулся, но не успел ответить. Его опередил Герьен:

— Известное дело куда. В автопарк. Хочет посмотреть, не поснимался ли с кузовов брезент — так, сам по себе.

Все громко засмеялись.

— Если бы каждый из вас так заботился о боевой технике! — серьезно сказал я.

— Товарищ капитан, им телегу нужно, а не машину, — заметил ободренный моей поддержкой Хаваш.

— У него мания всех нас посадить за баранку, — усмехнулся в ответ Токоди.

— В этом вопросе товарищ Хаваш абсолютно прав, — сказал я, заметив, что все смотрят на меня. — Да, да, не удивляйтесь. Автомашина, если так можно сказать, является в наш атомный век техническим минимумом.

— Они не понимают, как важно, чтобы каждый солдат мог в бою, если убьют шофера, сесть за руль и повести машину дальше, — с воодушевлением произнес Хаваш и, получив мое разрешение, пошел в парк, где, по его словам, у одной из машин что-то подозрительно быстро стал греться мотор.

Токоди не сдавался:

— Он только о себе беспокоится. Хочет доказать нам, что он со своими шоферами является самой важной персоной в роте.

— Не в этом дело! — заметил Балатони. — Будет очень хорошо, если мы сможем добиться взаимозаменяемости.

— За два дня можно научиться крутить баранку, — пренебрежительно сказал Токоди.

— Крутить, конечно, можно научиться, — отпарировал шофер Беркеш.

— Ну, может, не два дня, а больше, — уступил Токоди. — Уж больно вы превозносите свою профессию.

— Не превозносим, а просто ценим, — ответил Беркеш. — А вы что, думаете, все начинается и кончается автоматом?

— Уж не своим ли «чепелем» ты будешь давить противника? — сказал Токоди. — Самое важное в нашем солдатском деле — это оружие.

— Все это одинаково важно, — попытался примирить противников Балатони.

— Только хорошо вычищенное оружие, а не грязное, — услышал я у себя за спиной голос старшего сержанта Чордаша.

— У нас в роте грязного оружия нет, — заметил я, чувствуя, что Чордаш неспроста бросил свою реплику.

— Есть. Не так ли, товарищ Токоди? И у нас не все хорошо чистят свое оружие. — Старший сержант со значением выговорил каждое слово.

Токоди, явно не ожидавший такого оборота дела, метнул недовольный взгляд на Чордаша и тут же отвернулся.

— Выходит, я этого не знал, — сказал я, смотря в глаза Токоди.

— Это у Тимара раз автомат был плохо вычищен… — неохотно пробормотал Токоди. — Черт бы его…

— Но-но, — перебил я его. — Тимар — неопытный солдат, у него есть командир отделения, который, в свою очередь, обязан не только следить за чисткой оружия, но и вообще проверять, как молодые солдаты выполняют свои обязанности.

— Конечно, больше я не допущу такого случая, чтобы кто-нибудь из моих подчиненных поставил в пирамиду плохо вычищенный автомат, — сказал Токоди таким тоном, что ему вполне можно было поверить.

— Разумеется, тем более что командиру отделения не кричать надо на солдат во время чистки оружия, а внимательно осматривать его, прежде чем разрешить ставить в пирамиду, — проговорил Чордаш.

— Товарищ старший сержант, им говоришь, говоришь, даже устанешь, а они свое, — решил поддержать Токоди ефрейтор Хетеи. — У меня в отделении тоже есть такой солдат. Я все время только и твержу ему: «Репаши, куда вы опять запропастились? Репаши, почему вы пошли в магазин, когда я приказал вам убрать помещение?»

— А с вами что, никогда никаких забот не было, как вы думаете? — спросил я командиров отделений. — Быстро же вы забыли, что еще не так давно сами были молодыми и неопытными солдатами.

— Не забыли мы ничего, только порой трудно спокойно реагировать на какой-нибудь фокус, — сказал и вышел из угла стоявший там ефрейтор Хайягош.

— А вот ты расскажи, что у нас вчера случилось, — подбивал Хайягоша Токоди.

Все уставились на Хайягоша.

— Вчера я проверял у солдат тумбочки, — начал он. — У старослужащего Верля порядок в тумбочке был образцовый. Я подозвал к себе молодых солдат и сказал им: «Вот с кого пример берите. Сейчас же наведите у себя порядок, а после обеда я еще раз все проверю!» Под вечер я еще раз начал проверять тумбочки. У большинства солдат все вещи оказались на месте и в порядке. Беспорядок был лишь в тумбочке рядового Ласло Хайека. У него под тетрадями я даже нашел крошки хлеба. Приказал ему немедленно убрать из тумбочки все лишнее. И что же вы думаете? Хайек скорчил невинную физиономию и, подойдя ко мне, нахально так сказал: «Товарищ ефрейтор, а можно мне заглянуть в вашу тумбочку? Я ведь, кажется, с вас должен брать пример?»

— Ну и пройдоха! — возмутился вслух Токоди, хотя уже слышал эту историю не в первый раз, да, собственно, он и подбил Хайягоша рассказать ее при мне.