Читаем Ослепление полностью

Она едва перевела дух, когда они смогли наконец прервать поцелуй. Брент выглядел не намного лучше. Он словно пожирал ее глазами, в которых горело откровенное пламя желания.

– Леди, вы абсолютно неподражаемы! – тихонько воскликнул он, нежно проводя кончиками пальцев по припухшим от неистового поцелуя губам.

Андреа вздрогнула от этой легкой ласки.

– И это хорошо? – спросила она неожиданно охрипшим голосом.

– Моя милая Андреа, если бы это оказалось хоть чуть-чуть лучше, я без сомнения забылся бы настолько, что прямо здесь занялся бы с вами любовью. Скажите же, что вы выйдете за меня замуж. Сегодня ночью. Завтра. Так быстро, как только это возможно организовать. По крайней мере до того, как мы повергнем в шок достопочтенную филадельфийскую публику.

– Еще минуту назад я была чудесным образом ослепленной, – сокрушенно призналась она. – Но я ослепла не настолько, чтобы соединить свою судьбу с человеком, которого почти не знаю.

– Я так и думал, что вы опять вернетесь к этому, – с сокрушенным вздохом посетовал он. – Однако учтите, я не такой человек, который легко мирится с поражением. Пообещайте по крайней мере, что мы увидимся с вами завтра. Мы можем отправиться на выставку.

– Мы как раз собирались туда. Мы – это я и Мэдди. Она вправе рассчитывать, что я буду сопровождать ее.

– А что может помешать нам отправиться туда втроем? – заметил он с обворожительной улыбкой.

– Обычно к нам присоединяется компания друзей Мэдди, так что наше общество может оказаться немного больше, чем вы рассчитывали, – сообщила она, явно стараясь отбить у него охоту ехать с ними на выставку.

– Я готов к любым испытаниям, – заявил он, не обращая внимания ни на ее предупреждения, ни на ее уловки. – Когда мне ожидать вас?

Несмотря на все предупреждения, Брента несколько шокировало то, что «компания друзей Мэдди» в итоге составила девятерых леди и троих джентльменов (включая его самого). Бедняге оставалось утешать себя мыслью, что, участвуя в сем пикнике, он убивает двух зайцев сразу, соединяет приятное с полезным, продолжая порученное ему расследование. Проводя день вместе с Андреа, он не упустит из виду и Мэделин Фостер, и ее вашингтонское окружение.

– Вы по-прежнему уверены, что хотите нас сопровождать? – осведомилась Андреа, пытливо заглядывая ему в лицо.

– Я не променяю ваше общество на все семь чудес света, – заверил он, галантно подавая ей руку с тем, чтобы помочь подняться в ожидавший их с Мэдди экипаж.

– Ну, поскольку мало что может сравниться с сутолокой, царящей на выставке, мне остается лишь сделать вывод, что вас радует предстоящее столпотворение.

– Ты можешь в этом не сомневаться, дорогая, – вмешалась Мэдди. – Не забывай, что ты имеешь дело с мужчиной, который собрался воспитать десяток детей. Или он говорил о двенадцати?

– Нет, десяти будет вполне достаточно, – с улыбкой уверил Брент, тогда как Андреа скривилась при напоминании об их вчерашних дебатах. – Конечно, это число требует окончательного уточнения, поскольку Андреа должна быть им матерью.

– Мне остается лишь надеяться, что вы любите детей, – произнесла Андреа, невольно подумав о том, как мог бы Брент прореагировать на необходимость общаться со Стиви. По правде говоря, большую часть ночи она провела во власти сладких грез о том, как могло бы сложиться ее замужество с таким мужчиной, каким предстал перед нею Брент. В эти мгновения она старалась не думать о трудностях, сопутствовавших вызволению Стиви, которое она почитала непременным условием своего будущего счастья. И все же ничто не могло воспрепятствовать ее сладким грезам о том времени, когда Стиви ничто не будет угрожать, а она спокойно сможет соединить судьбу с избранником своего сердца.

– Я обожаю детей, – заверил Брент. – Оба моих старших брата женаты. У Боба и Каро есть мальчик и девочка, им четыре и два годика, и у Эрни с Шейлой есть трехлетняя дочурка и сын, который еще не вылез из пеленок. И без ложной скромности я могу совершенно серьезно утверждать, что меня можно назвать бесподобным дядюшкой. Малыши любят меня. Ведь я имею ключик к их сердцам, – убежденно заявил молодой Синклер.

– А именно? – допытывалась Андреа, желая слушать продолжение этой увлекательной истории.

– Я позволяю им выгрести из моих карманов всю мелочь, а потом потратить ее в близлежащей лавке сладостей, безнадежно испортив аппетит перед ужином, – отвечал он с обворожительной улыбкой. – Я постоянно покупаю им игрушки и свистульки и вожу кататься на пони в зоопарк. А потом, когда они вдоволь нарезвятся и почувствуют себя усталыми и голодными настолько, чтобы быстренько пообедать и забраться в кроватки, я возвращаю их любящим родителям.

– Наверное, это лучшее, что можно ожидать от заботливого дядюшки, – со смехом заметила Андреа. – Но ведь вы не знаете, что отцовство предполагает гораздо большую степень ответственности. И вы по-прежнему уверены, что сможете отвечать за десять своевольных потомков?

– Пожалуй, их точное число должно быть подвергнуто более подробному обсуждению, в котором не последнее слово должно принадлежать моей жене, то есть вам.