Читаем Ощути страх полностью

По контрасту с ним, Руби в это утро была чем-то озабочена. Она ушла из дома и направилась в школу, не сказав почти ни слова и не позавтракав. У Руби подобное отсутствие аппетита и неразговорчивость были редкостью. Клэнси сразу же уловил смятенное состояние ее духа и решил, что, возможно, будет разумно предоставить ей побольше личного пространства. Он был совершенно не против. Все складывалось в его пользу, и даже с парнем-гориллой Клэнси ни разу не сталкивался с первого учебного дня. Он много раз видел этого типа с дружками за воротами школы, но Горилла, похоже, его не замечал. Однако хорошее настроение не продержалось долго, и после полудня все резко обернулось к худшему.

Клэнси пришел на урок истории с небольшим опозданием, потому что у него никак не получалось запереть свой шкафчик, и к тому времени как он вошел в кабинет, все столы у окна и у дальней стены были заняты. По сути, оставалось всего два свободных места, в самой неудобной части класса – по центру в первом ряду. Клэнси неохотно занял одно из них и достал из рюкзака учебник и тетрадь. Он как раз раскладывал на столе ручки и прочие принадлежности, когда дверь открылась.

– Как твое имя? – спросил учитель истории.

– Бейли Роуч, – ответил голос.

– Что ж, Роуч, поскольку ты новичок в нашей школе, я не буду ругать тебя за опоздание. Ты знаешь, что занятия начинаются в понедельник?

– У меня были проблемы с записью, – ответил Бейли Роуч.

– Что ж, не важно, раз ты пришел, занимай место рядом с Кру.

Клэнси поднял взгляд и сразу понял, что его искусство невидимости с этим не справится. Рядом с ним сидел Горилла. Поймав взгляд Клэнси, он ухмыльнулся и сделал жест, означавший «я тебя в кашу размажу», после чего вернулся к своим делам.

Тем временем у Руби были собственные проблемы – ей не хотелось ни идти домой, ни гулять где-нибудь, она не хотела ни с кем разговаривать и в то же время не хотела оставаться одна.

Особенно не хотелось ей идти домой, потому что мать, несомненно, снова заведет разговор о фотосессии у Ады Борленд и о том, как повезло Руби получить такую возможность – быть запечатленной гениальной женщиной-фотографом. Что еще хуже, Хитч по-прежнему был на нее зол, и, хуже того, Руби даже понимала причины этого.

Она последовала за небоходцем на высоте трехсот футов над землей, но закончилось это падением.

Или, точнее, кто-то попытался ее убить. Руби была в этом уверена: кто-то обрезал трос. Не очень приятно знать, что кто-то пытается убить тебя… снова.

Так что, если взвесить все варианты, лучше всего было все-таки остаться в одиночестве, поэтому, когда прозвонил звонок с последнего урока, она взяла скейт и отправилась в ту часть Твинфорда, где редко бывала, хотя ей там нравилось.

Клэнси захлопнул за собой входную дверь и поднялся наверх, в комнату своей сестры Лулу.

– Что не так? – спросила та.

– Ты помнишь Вепону Бегуэлл?

– Э-э… ту девочку из Твинфордской средней школы? Ту, которую ты мне в тот раз показывал?

– Да, – подтвердил Клэнси. Лулу кивнула:

– Конечно, помню.

– Так вот, это еще хуже. – Клэнси с подавленным видом рухнул на один из пуфиков, разбросанных по комнате Лулу.

– Не говори мне, что привлек внимание еще одного хулигана, – вздохнула Лулу.

– Привлек, – мрачно отозвался Клэнси, – и я даже не виноват в этом, я просто налетел на него в кафе.

– На него?

– Да, это парень, и он, похоже, любит бить людям морды.

Лулу поджала губы, словно желая сказать: «У тебя проблемы, друг мой».

– Вообще я думал, что это разовый случай – ну, просто неприятная встреча в кафе, и я его больше никогда не увижу. – Он умолк. Лулу терпеливо ждала продолжения. – Но потом он появился в нашей школе. – Снова пауза. – Точнее, в нашем классе.

– Тот парень из кафе? Который угрожал разбить тебе лицо? – Лулу задавала вопросы не для того, чтобы услышать ответы, она просто анализировала ситуацию, и Клэнси был признателен ей за это. Любой взрослый отмахнулся бы от его проблем – но не Лулу.

– Его посадили рядом со мной на истории.

Лулу нахмурилась, услышав это.

– Приятель, у тебя серьезные…

Не успела она закончить свою, несомненно, выразительную фразу, как раздался тихий стук в дверь.

– Отвали! – в унисон отозвались Клэнси и его сестра. Они знали, что это Олив.

– Мама сказала, что вы должны относиться ко мне хорошо, – пропел за дверью голосок Олив.

– Мы и относимся хорошо, – фыркнула Лулу. – Мы заранее предупреждаем, что если ты войдешь сюда, мы похитим твою новую куклу Лютик и не отдадим.

Олив сделала вид, что ушла. Клэнси продолжил обсуждать с сестрой варианты того, как ему выжить в сложившейся ситуации. В дверь снова постучали, на этот раз громче и настойчивее.

– Входи, – ответила Лулу, и в комнату просеменила Минни, самая старшая сестра Клэнси. Семенила она не только потому, что на ней были туфли на высокой пробковой платформе, но и потому, что в руках у нее был поднос, полный закусок и банок с газировкой. Она ногой закрыла за собой дверь и плюхнула поднос на пол.

– Это нечестно! – донеслось из-за двери. Олив все-таки никуда не ушла. – Почему ее впустили, а меня – нет? – последовало приглушенное хныканье.