Читаем Осень (сборник) полностью

Он распахнул дверь на женскую половину, подтолкнул Федору вперед, крикнул:

– Я привел танцовщицу, которую нынче ночью мы отдадим хозяину леса. Оденьте ее по-королевски.

Послышался смех, зашуршали юбки, из-за занавесок вышли миловидные барышни в пестрых нарядах.

– Добро пожаловать, королева…

– Какие они все лживые, – подумала Федора и закрыла глаза, чтобы ничего не видеть. Девушки что-то говорили, Федора не вслушивалась в их разговоры. Убаюканная негромкими женскими голосами, она задремала. Очнулась, когда кто-то сказал:

– Все готово. Можно звать правителя.

Федора посмотрела на свое отражение в зеркале, не сразу сообразила, что разодетая, разукрашенная дама – это она, танцовщица Федора.

– Какая красота! – воскликнул градоправитель. – Хозяин будет очарован. Он обожает все блестящее. А где его шарф?

– Этот? – спросила одна из девушек, протянув светящийся шарф.

– Да, – градоправитель аккуратно свернул его, вложил в руку Федоры, сказал:

– Спрячь понадежней. Достанешь тогда, когда поймешь, что пришло время, – повернулся к свите. – Пора.

Факельное шествие остановилось у кромки леса. Громко забили барабаны, затрубили трубы и затихли. Через некоторое время бой барабанов повторился. Лес озарился ярким светом. Деревья расступились, открыв проход в зачарованный мир.

– Мы привезли вам нашу королеву! – крикнул верзила. – Мы ждем ответных даров.

– Что вы называете дарами? – спросил человек, появившийся на границе света и тени.

– Дарами мы называем то, что хозяин дарует нам, – крикнул верзила. – Он обещал даровать нам свободу, если мы приведем ему нашу королеву.

– Если вы хорошо помните, то королева должна придти сюда не по принуждению, а по доброй воле, – сказал человек.

– Спроси сам нашу королеву, кто заставил ее сюда придти, – крикнул верзила.

– Вы добровольно приносите себя в жертву? – спросил человек, посмотрев на Федору. Его взгляд прожег ее насквозь.

– Да, – сказала она и опустила голову.

Ей хотелось одного: чтобы весь этот фарс поскорее закончился. Ей было ужасно неудобно в этой одежде. Голова болела от того, что ее сдавливал громоздкий головной убор, усыпанный камнями. Шея затекла, спина устала, в глазах блестели слезы. Федора с трудом сдерживала их. А страж запретного города не спешил пропускать ее.

Он придирчиво осматривал лошадей, задавал множество вопросов, на которые хором отвечали участники факельного шествия. Федора престала воспринимать реальность, закрыла глаза.

– О, да ваша королева спит! – воскликнул страж. – Завидное спокойствие. Я бы умер от страха, если бы знал, что стану главным блюдом на праздничном столе правителя.

– Оставьте нашу королеву в счастливом неведении, – сказал верзила. – Не омрачайте ее радости. Не забывайте, что она сама решила отправиться в зачарованный лес. Сама.

– Я это помню, – сказал страж. – Ждите решения. Хозяин даст вам ответ на рассвете.

– Готовы ли мы ждать до рассвета, Ваша милость? – спросил верзила, обернувшись к градоправителю.

– Мы подождем здесь. Наши факелы будут гореть до рассвета, – сказал тот.

– Хорошо, – сказал страж, взял лошадь под уздцы, повел за собой.

Деревья сдвинулись, скрыв запретный мир от людских глаз. Свечение над лесом стало ослабевать и вскоре совершенно исчезло.

Участники факельного шествия несколько раз ударили в барабаны, протрубили в трубы, выкрикнули: «Рассвет!» и затихли.

– Думаете, он примет наши условия? – спросил верзила у градоправителя.

– Не знаю, – ответил тот, глядя на черный лесной массив. – Наш хозяин слишком непредсказуем. Слишком. Невозможно предугадать, что он выдумает в следующую минуту. Я даже не знаю, дождется ли он рассвета или велит растерзать всех нас через пару часов. Нам нужно быть готовыми к любым неожиданностям.

– К любым сюрпризам, – сказал верзила, помогая градоправителю устроиться на ночлег…


Карета, в которой сидела Федора, медленно двигалась по светящейся дорожке. Лошадь остановилась у высокого серого замка. Страж помог Федоре сойти на землю, поклонился. Распахнулись двери замка, на пороге выросли два привратника в дорогих ливреях. Они склонили головы, приветствуя Федору. Она прошла мимо них в ярко освещенный зал. Он не был похож ни на зал в замке теней, ни на зал замка, в котором впервые побывала Федора. Несмотря на яркое освещение, все здесь было каким-то устрашающим.

– Королева Идумеи, – громко стукнув жезлом об пол, воскликнул распорядитель праздника.

Помпезно одетые люди оживились, повернули головы к Федоре.

– Что идумейцы попросили за свою королеву? – задал вопрос уродливый карлик, поднявшийся с трона.

– Полную свободу, – ответил страж, вошедший в зал следом за Федорой.

– Не слишком ли дорогая цена за это огородное пугало? – воскликнул карлик. – Снимите с нее каменную шапку. Посмотрим, на кого она будет похожа.

Федора вздохнула с облегчением, когда с нее сняли тяжелый головной убор. Ее волнистые черные волосы рассыпались по плечам, стекли струйками вниз. Остановились у талии.

– О, так намного лучше! – обрадовался карлик.

Подбежал к Федоре, с силой дернул ее за юбку, воскликнул:

– Скорей снимите и это тряпье!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия