Читаем Опыт полностью

Теперь посмотрим, что представлял собой варвар на фоне этого жалкого создания. Человек с белокурыми волосами, бело-розовой кожей, широкоплечий, высокий, сильный как Алкид, одержанный как Тесей, ловкий, гибкий, бесстрашный даже перед лицом смерти. Этот Левиафан, имеющий правильные или неправильные, но всегда обоснованные, суждения о всех предметах. Он впитал в себя соки суровой и утонченной религии, мудрой политики, славной истории своей расы. Он понимал, что римская цивилизация богаче, чем его собственная, и искал тому объяснение.. Он не был похож на неразумного ребенка, каким его обычно рисуют: это был подросток, интересующийся всем позитивным, умеющий видеть, сравнивать, высказывать суждения и отдавать предпочтения. Кто одерживал победу: самодовольный римлянин или суровый варвар? Побеждал последний. Его увесистый кулак обрушивался, как железный молот, на череп бедного потомка Рема. Что же делал в таком случае поверженный римлянин? Он взывал на многие века вперед к мести за цивилизацию, поруганную в его лице. Он так же походил на Вергилия и Августа, как Шейлок на царя Соломона. Римлянин лгал, и его несправедливые слова повторяли те, кто пылал гневом к нашим германским корням и их плодам, вызревшим в средние века.

Пришельцы с севера не разрушили цивилизацию, а, напротив, спасли то немногое, что от нее оставалось. И восстановили это немногое, и придали ему блеск. Цивилизация дошла до нас благодаря их пытливому уму, благодаря им мы построили нашу культуру. Без них нас бы не было. За пять столетий до того, как полчища Аттилы, как слепой и дикий поток, обрушились на Запад, они были единственным щитом для римского общества, которое загнивало с каждым днем. Без их помощи, без их сильных рук и талантов она оказалась бы в жалком положении уже во II в. Не будь северных варваров, семитский Рим не сохранил бы императорскую форму правления, которая оставалась гарантией цивилизации. Короче говоря, почти все достойное в императорском Риме имеет германские корни. Эта истина подтверждается тем, что самые работящие. люди в империи, самые умелые ремесленники были литами, т. е. варварами, большим числом пришедшие в Галлию и в северные провинции.

Когда, наконец, готы пришли к власти, которая многие века принадлежала их соотечественникам, романизированным в малой степени, они мудро распорядились результатами трудов предшественников. Приход германцев был вызван исторической необходимостью: выдыхающаяся демократия существовала только благодаря тому, что власть находилась в руках солдат. Но этого уже было недостаточно, поскольку ситуация дошла до критического предела. Тогда Бог, чтобы спасти Церковь и цивилизацию, послал миру учителей в лице новых народов. В истории человечества нет более славной страницы, чем деяния северных народов, но прежде чем рассмотреть их историческую роль, еще раз бросим взгляд на сочетание старых этнических элементов, собравшихся на Западе, на большой территории романского мира. Зададимся вопросом: мог ли римский поселенец сформировать дотоле неизвестные принципы и, Используя наследие прежних цивилизаций, создать то, что можно по праву назвать «римской цивилизацией»?

Это очень обширная тема, под стать географическим пространствам, которые она охватывает. Итак, начнем с того, что Рим, не имевший исходной расы, не мог сформировать и соответствующую идею. У Ассирии, так же как у Египта, Греции, Индии, Китая, была самобытная основа. Когда-то персы создали особые принципы в отношении народов, покоренных ими. Кельты, италийские аборигены, этруски также имели наследие— пусть и не столь славное, зато реальное и позитивное. Риму приходилось по кусочкам, по лоскуткам создавать основу, причем в то время эти фрагменты уже .были изрядно изношенными и устаревшими. В его стенах вместо очага цивилизации сформировалось нечто, напоминающее склад старьевщика. В захваченных землях Рим оставил религию, нравы, законы, политические институты в том виде, в каком они находились раньше, и перестроил только то, что могло затруднить осуществление его власти.