Читаем Опыт полностью

Недостаточно сосредоточить все высшие властные функции в одних руках, чтобы обеспечить унитарность власти: нужно, чтобы деятельность власти распространялась регулярным образом на самые дальние уголки политического организма. Когда каждая область управляется так, как ей заблагорассудится, и подчиняется далекому центру только в финансовом и военном отношении, не может быть и речи о настоящем единстве. В крайнем случае это можно назвать определенной концентрацией политических сил.

Есть еще одно необходимое условие для единства власти: высшая администрация должна находиться в одном месте, откуда она осуществляет управление всеми городами и провинциями. Только в этом случае государственные институты — плохи -они или хороши — работают как четко отлаженная машина. Распоряжения циркулируют бесперебойно, и время, этот великий и необходимый двигатель всех процессов на свете, работает на благо государственного организма.

Именно этого условия и недоставало империи. Императоры переносили свою резиденцию то на самую южную оконечность Италии, то в Азию, то на север Галлии, а некоторые путешествовали в продолжение всего царствования. Много времени уходило на поиски властителя для решения того или иного вопроса, и случалось, что гонец, прибывая из Парижа в Антиохию за приказом, узнавал, что император отправился в Александрию. А если, например, император умирал в Азии, его наследник объявлялся в Иллирии, Африке или на Британских островах. Каждая провинция имела свой маленький двор, который обладал верховной и абсолютной властью на своей территории, толковал законы и иногда даже конфисковывал собранные налоги, не заботясь о государственной казне. Я согласен с тем, что порой на голову наглеца обрушивалась молния смертного бога, но это, как правило, случалось после долгого терпения, что порождало массу злоупотреблений. Нередко провинившийся, отводя удар, провозглашал себя императором. В заключение я хочу подчеркнуть, что сам по себе режим, провозглашенный Августом, не был ни хорошим, ни плохим — он был единственно возможным в тех обстоятельствах. И слабость государственной власти не его вина, а вина — или беда — народов, собравшихся под крыльями римского орла. Об этом точно сказал граф де Местр: «Каждый народ имеет правительство, какого он заслуживает». Долгие размышления и большой опыт, доставшийся дорогой ценой, убедили меня в том, что эта истина справедлива, как строгий математический постулат. Любой закон бессилен и даже вреден, если народ не достоин его и не создан для него.

В этой связи еще раз напомним, что основные составные элементы империи — ассирийский, египетский, греческий, кельтский, карфагенский, этрусский, не считая испанские, галльские и иллирийские колонии — в свою очередь состояли из невообразимой смеси рас и кровей. Если первый союз черной и белой крови породил хамитский тип, то самые древние семиты были продуктом тройственного союза — черного, белого и снова черного элементов, — откуда вышла особая раса, которая впитала в себя новый приток черных, или белых, или желтых элементов и сформировала новое сочетание. Этот процесс был непрерывным, и наступил момент, когда человеческий род уже нельзя было разделить на определенные категории. Отныне он представлял собой совокупность индивидов, не объединенных никаким общим чувством, которые могли двигаться в одном направлении или даже сосуществовать только под действием силы.

Я назвал императорский период Рима семитским. Но это не означает конкретную разновидность человечества, идентичную той, что появилась в результате древнего союза халдеев и хамитов. Я просто хотел указать, что основная часть населения земель, завоеванных Цезарями, содержала в себе значительную дозу черной крови, и поэтому ее можно считать совокупностью, не эквивалентной, но аналогичной семитской смеси. Невозможно подобрать достаточное количество слов, чтобы обозначить бесчисленные нюансы этой грандиозной совокупности. Однако, поскольку черный элемент присутствовал в большем количестве в продуктах этого смешения, в населении преобладали некоторые из характерных качеств меланийской группы, а как нам уже известно, если держать эти качества в определенных рамках и добавить к ним свойства белой расы, то они способствуют расцвету искусств и интеллектуальному совершенствованию общества, хотя мало пригодны для создания устойчивой цивилизации.

Но смешение рас не только мешало созданию постоянной системы правления за счет уничтожения общих инстинктов и способностей, которые определяют стабильность общественных институтов, но и отрицательно влияло на здоровье общественного организма, в результате чего появилось множество активных людей, разрушительно действующих на массу населения. Общество не могло сохранять стабильность, когда постоянно меняющееся соотношение этнических элементов порождало во всех слоях населения, особенно в низших, таких авантюристов.