Читаем Опыт полностью

7. Много говорится о том, что на совесть народов повлияли войны, которые приводят к росту невежества и мешают сформировать идею, соответствующую их нуждам. Но в период между битвой при Актиуме и смертью Коммода в империи единственным военным столкновением была битва Флавиев с Вителлием. Возрос материальный уровень жизни, но власть оставалась неустойчивой, а нравы падали.

8. Цезарь хотел создать кодекс, основанный на унитарном принципе. Но он не успел. Видимо, еще не настало время для этого.

9. Республиканцы сабинянского Рима были немало удивлены тем, что Ганнибал двинул против них теологию. Карфагенянин предстал в виде апостола Милитты и от имени этой ханаанской богини начал разрушать италийские храмы и расплавлять металлических идолов.

10. До того. как появилось понятие «Провидение», семитизиоованные греки испытывали ту же потребность, что римляне, и по тем же причинам, а именно: объединить все признанные культы в сфере политики; но вместо того, чтобы принять их, они начали с ними ссориться. Риторы свели все мифы к рациональному объяснению. Эвхемер обобщил их, оставив только обычные неправильно понятые или искаженные факты, а все религии обосновал элементарными природными явлениями. Кадм у него стал поваром царя Сидона, сбежавшим в Беотию с Гармонией, которая играла на флейте для того же монарха.

11. Во времена Траяна уже не было обычая прославлять современников. Для этого просто меняли головы, тем самым избавляя себя от лишних трудов. См., например, статую Плотина в Лувре. Об упадке искусств, особенно живописи, много пишет Петроний.

КНИГА ШЕСТАЯ

Западная цивилизация

ГЛАВА I. Славяне. Эпоха владычества догерманских народов арийской расы

Начиная с IV в. до Рождества Христова до 50 г. регионы, которые считали себя высоко цивилизованными — и мы разделяем это мнение, — т. е. страны, где существовала эллинская или итало-семитская кровь и эллинские или итало-семитские обычаи, имели редкие контакты с племенами, жившими по другую сторону Альп. Создается впечатление, что из всех, кто представлял серьезную угрозу для Юга, только о галлах почти ничего не было известно соседям. О себе давали знать такие племена, как, скажем, массалиоты, втянутые в междоусобицу, или посидоны, путешествовавшие в эти земли, населенные скорее фантастическими, чем реальными существами.

Кельтские нашествия больше не возобновлялись, их разрушительный поток, который когда-то поглотил галатские государства, иссяк. Выходцы из Сиговезе жили смирно, их разрозненные группы, которые проникли в Верхнюю Италию с намерением возделывать там пустующие земли, были выдворены по велению сената.

Положение в стране галлов было неспокойным. Трехсотлетний период, предшествовавший походу Цезаря, был для них тяжелым и смутным временем. Они переживали самый глубокий политический упадок. Аристократия, теократия, наследственные или выборные царьки, тирания, демократия, демагогия— всего этого у них было в избытке. Их распри не приносили добрых плодов. Причина в том, что кельтские племена дошли до такой степени смешения, которая исключала дальнейшее развитие. Они прошли кульминационный пункт своего естественного совершенствования и отныне могли только спускаться по лестнице развития. Между тем речь идет о населении, которое послужило основой для нашего нынешнего общества вместе с другими, не менее значительными племенами, как например, славяне и венды.

В ту эпоху в большинстве стран славяне и венды были угнетаемы в большей мере, чем остальные, и угнетение продолжалось дольше. Судя по географическому положению, которое занимали и занимают сегодня их главные ветви, они являются последними из крупных белых народов, которые жили в Верхней Азии и потом отступили под натиском финских орд, особенно тех, что чаще с ними контактировали. При этом я не имею в виду их разрозненные группы, вовлеченные в общий поток кельтов, а иногда даже опережавшие его: иберийцы, расены, венеты из разных районов Европы и Азии. Но что касается основной массы этих племен, изгнанных с родных земель после ухода галлов, они ушли на северо-восток нашего континента и там вступили в разрушительное соседство с финнами 1). С течением времени они стали составлять большинство местного населения. Например, славянский язык, имеющий общие родовые признаки арийских языков, подвергся сильному финскому воздействию. А что касается внешних признаков, они также приблизились к финскому типу.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых памятников архитектуры
100 знаменитых памятников архитектуры

У каждого выдающегося памятника архитектуры своя судьба, неотделимая от судеб всего человечества.Речь идет не столько о стилях и течениях, сколько об эпохах, диктовавших тот или иной способ мышления. Египетские пирамиды, древнегреческие святилища, византийские храмы, рыцарские замки, соборы Новгорода, Киева, Москвы, Милана, Флоренции, дворцы Пекина, Версаля, Гранады, Парижа… Все это – наследие разума и таланта целых поколений зодчих, стремившихся выразить в камне наивысшую красоту.В этом смысле архитектура является отражением творчества целых народов и той степени их развития, которое именуется цивилизацией. Начиная с древнейших времен люди стремились создать на обитаемой ими территории такие сооружения, которые отвечали бы своему высшему назначению, будь то крепость, замок или храм.В эту книгу вошли рассказы о ста знаменитых памятниках архитектуры – от глубокой древности до наших дней. Разумеется, таких памятников намного больше, и все же, надо полагать, в этом издании описываются наиболее значительные из них.

Елена Константиновна Васильева , Юрий Сергеевич Пернатьев

История / Образование и наука
10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Елена Алексеевна Кочемировская , Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное