Читаем Опыт путешествий полностью

Я сейчас нахожусь на подступах к элегии прощания, и это, как я думаю, продлится до тех пор, пока сам не встречусь на небесах с теми, кого провожал. Первыми обычно умирают дедушки и бабушки. Оплакиванию ты учишься на кролике или паре сдохших золотых рыбок, а потом наступает долгий период, когда смерть для тебя — настоящий шок, она кажется нечестной, пришедшей слишком быстро, слишком рано. Постепенно она становится обычной и предсказуемой. Число случаев смерти от онкологических заболеваний растет, как кусты живой изгороди вокруг дома. Артерии забиваются. Страшные и ужасные болезни наступающей старости подкрадываются к твоему поколению.

Пора похорон и прощаний начинается со смерти твоих родителей, и в какой-то момент кажется, что все сверстники одновременно хоронят своих отцов. Хочу вас предупредить — это гораздо тяжелее, чем может показаться. Говорят, мальчик не может окончательно стать мужчиной, пока жив его отец. Я говорил об этом со своим другом на следующий день после того, как он развеял прах своего отца над полями колокольчиков в Сассексе. Он сказал (и его голос при этом дрогнул): «Он не просто был отцом. Он был моим лучшим другом».

Сочувственное выражение моего лица мгновенно сменилось плохо скрываемым раздражением. Точка зрения, согласно которой наши родители могут быть и нашими друзьями, превращает мое сердце в камень, а любое сочувствие улетучивается. Сын и отец становятся друзьями, только если их отношения выстроены плохо.

Желание появляется с обеих сторон. Мальчики хотят, чтобы отцы были их приятелями, потому что приятели не отворачиваются от тебя, не заставляют чувствовать свою вину, интересуются, что происходит в твоей жизни, и не приказывают тебе вернуться пораньше, потому что завтра утром идти на работу. А отцы дружбой с детьми пытаются вернуть себе молодость. Они ведут себя как юнцы, делают глупости, как в детстве. Но у этого есть своя цена — поступая так, вы слагаете с себя ответственность за своего ребенка.

Одно дело — выпить с отцом, поиграть с ним гольф. Но на этом все и кончается, есть много вещей, которые делать с ним совсем не хочется. Вам не захочется поехать с ним на Корфу в отпуск. Смотреть порно. Узнать, где он был прошлым вечером. С ним вы не станете устраивать бой на полотенцах в раздевалке.

Однажды я позвал отца на свою вечеринку. Он покраснел. Ему было приятно мое приглашение, но он сказал, что, наверное, не придет.

«Почему? — спросил я. — Будет весело».

«Ну, это же твои друзья».

«Ну и что?»

«Да ничего. Они прекрасные молодые люди. Но они твои друзья. Я бы их себе в друзья не выбрал. Несмотря на то что они очаровательные, веселые и привлекательные, они все-таки довольно скучны для меня. Да и могло бы быть иначе? Их радость в их потенциале. Их жизненная энергия — в обещаниях и ожиданиях».

«Тогда, — сказал я, — значит, и со мной тебе скучно?»

Он задумался на секунду. «Нет, ты же мой сын. Все, что ты сказал или сделал либо скажешь и сделаешь, мне необыкновенно интересно. Это меня волнует, а иногда и заставляет гордиться. Но, если бы ты был чьим-нибудь сыном, то я считал бы тебя щеголеватым, мелковатым, попусту тратящим свои способности молодым человеком, какого я совсем не хотел бы видеть рядом со своей дочерью». Справедливые слова.

Обернитесь на свою жизнь. Вспомните этапы, которые вы уже прошли, — все эти вечеринки. А теперь припомните, кто на всех этих вечеринках был вашим лучшим другом. Если вы, конечно, не Родни Бьюз[25], то в вашей жизни был по меньшей мере пяток «лучших друзей». Но вы выросли. И ваши пути разошлись. Друзья — лучшее, что есть в жизни. Но они взаимозаменяемы. Или сменяемы. Настоящая вечеринка с отцом проходит в паре шезлонгов. Если вы делаете из отца лучшего друга, это значит, вы меняете единственного в своем роде человека в вашей жизни на кого-то обычного. Стать лучшим другом своего сына — значит отказаться от самой важной в вашей жизни работы. Нам предстоит похоронить немало друзей. Но отца — только одного.

Няня только что вернулась с моими детьми — моими раскрасневшимися, вспотевшими и всклокоченными близнецами. Их мама ликует. Эдит была лучше всех на занятиях по плаванию (возможно, кроме нее, туда никто не пришел). Она научилась опускать голову под воду, спокойно сидеть в ней и даже выпускать в воду воздух. Но похоже, самое главное для нее то, что другая девочка, на четыре месяца старше, делает все гораздо хуже. «А как мой сын? — спрашиваю я. — Как у него дела?» Голос жены падает на октаву. «Он просто пьет воду». Ох. Я почувствовал сострадание к парню. Я его понимаю. Он не собирался выпить всю воду в бассейне. Он пытался убрать из него воду, чтобы не утонуть. Я это чувствую. И знаю, что плавание — это неправильное употребление понятия. Это замедленное утопление. Все пловцы в конце концов тонут — это эмпирически доказанная правда воды.