Читаем Оплодотворитель полностью

Из своей комнаты выглядывала Надя. Род переступил порог, и, закрыв за собой квартирную дверь, прошел в её жилище. Надежда встретила его в красивом длинном из искусственного шелка домашнем халатике, затянутом на талии узким пояском.

– Добрый вечер! Где у вас можно снять пальто? А, вижу.

Пока он, не торопясь, снимал верхнюю одежду, успел разглядеть, что под халатиком хозяйки никак не угадывались контуры нижнего белья, что несомненно говорило об его отсутствии. Естественное умозаключение о таком провоцирующем нюансе вызвало мгновенный и мощный прилив желания.

– Может вы хотите есть? У меня приготовлено жаркое из телятины.

– Благодарю вас. Я не голоден.

– Ну, что же. Тогда присядьте в это кресло. Ах, да, забыла самое главное! Одну минуточку.

Надя, повернувшись к гостю спиной, сделала с обворожительной грацией несколько шагов в сторону румынского полированного трельяжа, эротично склонилась, обозначив контуры талии переходящей в округлости зада, взяла с низкой трельяжной тумбочки, заставленной баночками и флакончиками с косметикой, несколько бумажек и, повернувшись лицом к званому гостю, сделала несколько шагов, приближаясь к нему и протягивая предназначенные для Рода медицинские справки.

– Вот посмотрите, я совершенно здорова!

– Так это же прекрасно, Надя!

– Может быть немного вина?

– Ни в коем случае! Вы разве забыли, что по контракту мы должны воздерживаться от употребления алкоголя. Ведь вам нужен здоровый ребёнок?

С этим, в сущности, риторическим вопросом Муромский поднялся с кресла и стоя совсем рядом, алчно глядел на женщину с высоты своего роста сверху вниз в её устремлённые на него синие с поволокой глаза.

– Да, конечно! Мне очень нужен здоровый красивый умный наследник. – прошептала в ответ она.

Родослав решительно, но нежно привлёк её к себе, обнял, поцеловал в губы и, сказав: «Пойдёмте», повёл к уже застеленной большой тахте в дальнем углу комнаты, правой рукой придерживая за талию, а левой расстёгивая пуговички на своей белой рубашке и брючный ремень на модных тёмно – синих джинсах…

***

Закончив смену на подстанции, Муромский подумал о том, что после почти бессонной ночи, которую он провёл с Надей Смарагдовой, добросовестно исполняя свои обязанности по контракту, сегодняшний свободный вечер случился очень кстати. К его удовольствию, не надо было ехать на тренировку в «Витязь», деловые свидания не назначены. Поэтому самым правильным могло стать решение о неторопливой часовой прогулке пешком до дома, а дома по – раньше лечь в постель, чтобы хорошенько выспаться.

Нарочито замедленным шагом Род двигался по знакомой до мелочей улице, с удовольствием вдыхая бодрящий чуть прихваченный первым морозцем воздух. За поворотом справа по ходу ему бросилась в глаза яркая вывеска вновь открывшегося после ремонта магазина канцтоваров «КАНЦЕЛЯРСКИЕ ТОВАРЫ НА ВСЕ СЛУЧАИ ЖИЗНИ». Любопытства ради решил заглянуть. Открытая им дверь из толстого узорчатого стекла отреагировала на поворот полотна приятным уху перезвоном. Родослав медленно прошелся по полупустому залу вдоль заполненных всякой канцелярской всячиной прилавков, остановился у одного из них, задумался и решил купить: три отличные импортные папки-скоросшивателя фирмы «Korona» с прочными твёрдыми крышками и удобным надёжным замком из нержавеющей стали; дырокол и маленькую пачку фломастеров. Придя домой, все эти приобретения он сложил в своей комнате на письменном столе.

Перед тем, как лечь спать, он присел за стол с ожидавшими хозяина канцтоварами, положил два скоросшивателя в самый нижний ящик. В верхней части крышки оставшегося третьего скоросшивателя одним из фломастеров с яркой насыщенной красной пастой сделал надпись: «КОНТРАКТЫ НА ОПЛОДОТВОРЕНИЕ» и ниже четыре цифры, обозначающие год, и дефис. Затем отыскал в лежащей на столе стопке газет и журналов подписанный Надеждой Смарагдовой контракт на оплодотворение и поместил его под замок скоросшивателя, пробив дыроколом аккуратные отверстия. Посидел с минуту в задумчивости, вспоминая последнюю ночь, глядя на первый лист контракта, и произнёс вслух, обращаясь к самому себе: «Ну, что, с почином вас, Родослав Иванович!»

***