— Кейтель уже дважды упоминал об этом на ежедневных докладах в ставке фюрера. — Скорцени говорил скрипучим голосом, от которого у Франка подступал комок к горлу. — Рейхсфюрер Гиммлер рассчитывает, что мы наведем здесь порядок. По его указанию я лично займусь акциями против этих банд... Сегодня же вылетаю в Братиславу. Какой сувенир привезти вам оттуда?

Обергруппенфюрер усмехнулся:

— Лучшими сувенирами из Словакии, штурмбаннфюрер, были бы для меня головы этих бандитов...

— Вам стоило, герр обергруппенфюрер, назначить за них более подходящую цену, и они давно уже были бы вашими, — съязвил Скорцени.

— Что делать?!. Я распоряжаюсь не своими деньгами, а фюрера, — предпочел отделаться шуткой Франк. — Сто тысяч крон — для обывателя это целое состояние...

Штурмбаннфюрер улыбнулся одними губами, а взгляд его по-прежнему был ледяным.

— Стоимость головы нашего противника, как стоимость акций на бирже, поднимается или падает в зависимости от ее обеспечения... Акции обеспечиваются рудниками, заводами, головы же противника — теми неприятностями, которые они доставляют нам... Поэтому головы командиров партизанских отрядов Асмолова, Величко, Морского и десятка других сейчас котируются высоко... Для этого, как нам известно, имеются солидные основания — бездействие коммуникаций, простаивание военных заводов, провал отряда, который должен был выполнить операцию «Д»... Стоит ли все перечислять? Мы с вами хорошо это знаем...

— О, штурмбаннфюрер, я и не знал, что вы экономист!

— Слова насчет акций принадлежат не мне, герр обергруппенфюрер, а фюреру... Он произнес их, провожая меня в Италию...

Франк стушевался, поняв, что этот любимец фюрера мечет в него стрелы далеко не собственного остроумия и, как щитом, прикрывается именем высокого покровителя. Министр почти физически ощутил разницу между своим положением и положением собеседника. Ему трудно было соперничать с этим офицером, которого Гитлер осыпал орденами за выполнение особо секретных и так называемых «деликатных» заданий. Поняв это, Франк изменил тон.

— Фюрер, как всегда, прав и дальновиден, — убежденно произнес он. — То же самое я говорю вашему ученику...

— Начальнику оперативного отдела?..

— Да... Не жалейте крон, говорю ему, они все равно не из нашего банка... Но и за повышенную награду никто не выдает этих бандитов...

— Все продается в этом подлунном мире... Разрешите закурить? — Скорцени потянулся к коробке с сигарами. — О! Настоящая «Гавана» в Праге!.. Это стало редкостью даже в ставке фюрера... Да, герр обергруппенфюрер, за деньги все можно купить. Не продается лишь то, за что предложили плохую цену...

— Это сказал... — Франк предусмотрительно помолчал.

— Рейхсфюрер Гиммлер, когда скупил австрийскую полицейскую агентуру... На это надеюсь и я...

— Деньги, хитрость и сила, — сказал Франк, — это те карты, которыми еще можно играть. Вы правы, штурмбаннфюрер.

— Благодарю. — Скорцени козырнул и быстро вышел из резиденции.

В стоявшем у подъезда «мерседесе» его ждал начальник оперативного отдела службы безопасности. Вместе со Скорцени он вылетал в Братиславу...

НОВЫЙ РАЗВЕДЧИК

Низко нагнувшись, чтобы не стукнуться головой о потолок, в землянку вошел радист и положил перед командиром радиограмму из Центра. Морской бегло прочитал ее и повернулся к Боброву, который отдыхал на топчане:

— Центр просит спешно взять несколько «языков» из числа фронтовых офицеров, чтобы уточнить дислокацию немецких частей на этом участке фронта, выяснить, нет ли новых линий обороны...

Бобров поднялся с топчана, подсел к столу. Прочитав радиограмму, он немного помолчал и сказал:

— Мне кажется, что следует послать группы Лихачева и Васильева...

— Брать надо в разных местах, вернее будет, — добавил Морской. — Вызывай командиров групп.

Первым пришел Николай Васильев. Казалось, своей богатырской фигурой он заполнил всю землянку. Даже рослый Морской рядом с ним был незаметен. Закурив, Васильев внимательно выслушал задание, отметил на своей карте место, где командиры рекомендовали устроить засаду.

— Суток тебе, Николай, на это дело хватит? — спросил Морской. — Центр торопит.

— Попробуем, товарищ подполковник... У меня только просьба к вам...

Бобров засмеялся:

— Хочешь, Коля, отгадаю просьбу, а?

Васильев смущенно молчал.

— «Возьмите от меня Марию Костюкевич, — умоляющим голосом протянул майор. — Где это видано, чтобы девушку в разведку посылали? Разве для нее в штабе дел не найдется?» Так ведь, Коля? Ты об этом хотел просить?

— Об этом... Товарищ подполковник, боюсь я ее с собой брать... Девушка ведь, Махно ее забери...

— Слышь, Николай? — Морской говорил так, словно в первый раз услышал об этом. — Чего ты против нее, не понимаю?.. Не нравится она тебе, что ли?

— Не женское это дело, разведка, — пробурчал недовольно Васильев. — Возьмите ее от меня...