Я почувствовала, как неудержимо текли слезы. Внутри меня словно прорвало плотину, и я не смогла сдержать поток эмоций, которые так долго держала в себе.
Сначала я пыталась скрыть свои слезы, уткнувшись лицом ему в грудь и пытаясь заглушить рыдания. Но вскоре стало невозможно сдерживать их, и мое тело сотрясалось от силы плача.
– Выпусти это, – мягко сказал он. – Тебе не обязательно держать всё это в себе.
Его слова сильно задели меня, и я почувствовала, как мое сердце наполнилось благодарностью за его понимание.
– Я просто так устала, – плакала я. – Устала всё время чувствовать страх и неуверенность. Устала чувствовать, что никому не могу доверять, даже самой себе. Моё тело болит, ломиться просто, Айзек. Я не знаю, как долго ещё смогу так продолжать.
Айзек крепче прижал меня к себе и нежно погладил по волосам, его присутствие успокаивало. – Шшш, всё в порядке, – прошептал он.
Его слова заставили меня лишь уткнуться в его грудь и плакать сильнее.
Айзек высвобождается из объятий, когда понимает, что я перестала плакать и смотрит мне в глаза, вытирая слезы большими пальцами.
– Прости, что я надавил на тебя, но ты должна понять, что это был единственный способ заставить тебя открыться.
Он наклонился и нежно поцеловал меня в лоб. Его губы задерживаются на моей коже на пару секунд. Это прикосновение было такое нежное и мягкое.
– Боль неизбежна, а страдание необязательно. Боль – это часть жизни, но только от нас зависит как мы будем на неё реагировать. Мы можем либо позволить этому победить нас, либо использовать это, чтобы стать сильнее.
Я не могла не почувствовать некоторого раздражения от его столь философского ответа. Это казалось банальным ответом на мою самую настоящую боль.
Айзек продолжил:
– Ты через многое прошла, и это нормально чувствовать себя измученной и недоверчивой к происходящему.
Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, чувствуя утешение в его словах. Он был прав: я пришла так далеко и могла не продолжить идти.
Только сейчас я заметила что-то мокрое на его рубашке. Именно тогда я поняла, что это были мои слезы. Меня охватило смущение, но Айзек лишь тряхнул рукой на это.
– А ты не мог бы переночевать здесь сегодня? – сказала, я раньше, чем смогла осознать сказанное.
Айзек согласился и застелил себе место на полу рядом с диваном.
Устроившись, он снял рубашку через голову, обнажая подтянутую и мускулистую грудь, крепкую спину, покрытые замысловатыми татуировками. Его богатырские плечи сужались к подтянутому животу, привлекая внимание к мощным рукам и груди.
У меня перехватило дыхание.
Его татуировки тянулись по его плечам и вниз по рукам, обвивая бицепсы и предплечья. Когда он повернулся ко мне лицом, я смогла разглядеть еще больше татуировок, которые протягивались до пояса брюк.
Парни в детском доме были совсем не похожи на него: они были тощими и бледными, словно едва достигшими половой зрелости.
– Кристал?
– А? Что? – мне сразу стало стыдно, что я залипла.
– Спокойной ночи, – Сказал он, улыбаясь.
– Спокойной… – ответила я, чувствуя, как горели мои щёки.
Я долго не могла уснуть и постоянно ерзала по дивану, услышав шум снизу, я поняла, что не единственная кто не мог уснуть.
– Айзек, – тихо позвала я.
– Да?
Я слегка привстала и посмотрела него.
– Тоже не можешь уснуть? – Спросила я.
Он покачал головой.
– Хочешь, я расскажу тебе историю?
Я смеюсь, и этот звук едва слышен в ночной тишине.
– Сказка? – переспросила я с любопытством.
Он кивает, его губы растягиваются в легкой улыбке.
– Да, сказка. Это могло бы помочь тебе заснуть. – повторил он, и на его губах появилась легкая ухмылка.
– Хочу, – ответила я всё ещё смеясь от абсурдности этой идеи.
Айзек устраивается рядом со мной на диване и стал рассказывать:
– Давным-давно, в далекой стране, жила маленькая девочка по имени Оливия. Оливия была любопытной находчивой девочкой, которая любила бродить по городу и исследовать окружающий её мир. Однажды, бродя по лесу, она наткнулась на прекрасный кристалл. Она была очарована его сверкающими красками и решила взять его с собой.
Я сильно засмеялась.
– Ты реально собрался рассказывать?
– Не хочешь и не надо.
– Прости, прости. Не буду перебивать.