– Ты что, не снимаешь свой кулон на ночь? Так и спишь в нем?

Роза кивнула и поспешно спрятала кулон под свою ночнушку. Точнее, не под свою, конечно, а под ту, которую «позаимствовала» для нее Вайолет. Я не знаю, что это был за кулон, но совершенно очевидно он что-то значил для Розы. Может быть, значил даже очень многое.

Неожиданно открылась дверь, и за спиной Ариадны показалась Элси Спаркс.

– Мисс велела выключить свет, вы что, разве не слышали, идиотки малолетние?! – рявкнула она, а затем задула свечу и с грохотом захлопнула за собой дверь, оставив нас в полной темноте.

<p>Глава восьмая. Скарлет</p>

Я никак не могла уснуть и лежала в темноте с открытыми глазами.

Кровать под балдахином была просторной, уютной, теплой, гораздо лучше тех кроватей, на которых я привыкла спать. От простыней, правда, слегка попахивало плесенью – но это же такая мелочь, если разобраться!

А вот в самой комнате тепло не было, более того – от камина сильно несло холодом, и чтобы укрыться от этого сквозняка, я попыталась спрятаться с головой под одеялом. Залезая под него, я разбудила Айви, она сонно проворчала, чтобы я перестала елозить, и наугад лягнула меня ногой.

А кроме сквозняка были еще шумы. Неприятные, пугающие. Чьи-то приглушенные шаги, глухое постукивание, скрипы – то ли за стенами, то ли внутри них.

Если честно, все эти звуки казались почти знакомыми – в Руквуде творилось почти то же самое, – однако на новом месте от них становилось как-то не по себе.

Лягнув меня, Айви успокоилась и начала дышать ровно и глубоко – уснула. На соседней кровати кто-то похрапывал. Я решила, что это Ариадна. Роза была уж слишком не похожа на человека, который может храпеть во сне.

Я вздохнула и повернулась на другой бок. Шторы до конца мы так и не задернули, и в проем между ними проникал лунный свет – слабый, размытый, но его хватало, чтобы на ванне появились страшноватые тени.

Что-то не так было с этим отелем «Сосновый бор»! Не знаю, что именно не так, но это очень сильно действовало мне на нервы.

«Перестань дурью маяться, – мысленно твердила я себе. – Ты же так хотела уехать хотя бы на время как можно дальше от Руквуда. Ну так вот, сейчас ты, можно сказать, за тридевять земель и от школы, и от мисс Фокс, и от сумасшедшего дома. Все в порядке, и перестань психовать!»

И тут я услышала, как в коридоре кто-то громко ахнул.

Я решила, что с меня хватит этих штучек. Я выскользнула из кровати, подкралась к двери и как можно осторожнее приоткрыла ее.

В коридоре по-прежнему горели лампы, и возле одной из них, прямо рядом с нашей комнатой, стояла миссис Радж, уставившись на противоположную от нас стену. Одну ладонь она прижимала к своему побледневшему лицу, а взгляд у нее был таким безумным и застывшим, словно она увидела привидение.

Я беззвучно прикрыла за собой дверь и негромко окликнула:

– Миссис Радж?

Она нервно подскочила на месте, затем повернулась ко мне и опустила прижатую к губам руку.

– А, это вы, мисс… – она замолчала, сообразив, что не знает, как меня зовут.

– Скарлет Грей, – машинально назвалась я, размышляя при этом, что же такое она могла увидеть. – Вас что-то испугало?

– Да. Вы меня напугали. Слегка, – моргнула она.

– А до меня? – спросила я. – Мне не спалось, и я услышала, как вы ахнули. Что случилось?

– Ровным счетом ничего, – поспешно ответила миссис Радж, разглаживая свой фартук. – Я пришла, чтобы погасить свет на ночь, и мне показалось, что… э… мышь пробежала. Вот и все. Пожалуй, я продолжу то, зачем пришла, хорошо?

Она поднесла к стеклу лампы сложенную ковшиком ладонь, дунула и, загасив огонь, направилась к следующему светильнику.

Я же вышла в коридор и внимательно изучила то место, куда смотрела миссис Радж, когда я выглянула за дверь. На стене висело распятие. Золотое, красивое. Висело на гвозде, который, как мне показалось, кто-то совсем недавно, может быть только что, вбил в стену. Вбил криво, ненадежно, явно только для того, чтобы распятие хоть как-то держалось.

Я нахмурилась. Я готова была спорить на что угодно, что раньше здесь это распятие не висело. Портреты какой-то давно почившей знати висели – это да, но никакого распятия между ними не было. И потом, почему это вдруг миссис Радж так сильно испугалась, увидев распятие? На слабонервную плаксу-ваксу она не похожа – во всяком случае, не могла быть неженкой, как мне казалось, живя в такой глуши и с таким чокнутым мужем. И вдруг едва в обморок не упала только оттого, что увидела на стене распятие!

«А может быть, миссис Радж все-таки вампир? В такой глуши это очень даже возможно. Тогда понятно, почему она от крестов шарахается», – подумала я, и сама хихикнула над той глупостью, которая пришла мне в голову.

Вопросы насчет этого распятия у меня, конечно, оставались, однако усталость взяла верх над любопытством. Да и почти все огни в длинном коридоре к этому времени уже были погашены. Нужно было идти ложиться спать и не забивать себе голову ерундой.

Я вернулась в нашу комнату, закрыла за собой дверь и на ощупь пробралась к кровати. Запрыгнула под одеяло, с наслаждением вытянулась и облегченно вздохнула.