Падение выбило из легких почти весь воздух, но тренировки и опыт не проходят даром. Оба камелотца вскочили на ноги почти сразу и выхватили мечи. Враги тоже спешились и вооружились мечами. Загремел бой.
Вначале друзья старались держаться спиной друг к другу, но затем их разъединили, тесня все дальше к границе, а потом и за нее. Гриффиндор ловко расправлялся с каждым своим противником, крутясь, как юла, а в голове проскальзывала вместо представлений об опасности и смерти шальная мысль: “Пора бы уже на тренировке попробовать бой с закрытыми глазами...” Наконец он вонзил меч в последнего противника и обернулся на месте, желая понять, куда все делись. Ответ нашелся сразу – целая орава обступила рядом его короля. Как тот еще умудрялся стоять на ногах было чудом для мага. Крутанув в руке меч, Годрик с веселым гиканьем ринулся туда, разбивая толпу.
- Шестеро на одного? – крикнул он. – И вы называете себя рыцарями?
- Сэр Годрик, вас что-нибудь в принципе может заткнуть? – поинтересовался Артур.
- Не в этой жизни, милорд!
Это явно было ошибкой. Впрочем, возможно, последующее и не было связано с прозвучавшей репликой, но один из норфолкских рыцарей издал пронзительный свист, а затем рванул куда-то и скрылся в еловых дебрях. Камелотцы переглянулись, добивая своих противников.
Этим свистом рыцарь явно призывал подкрепление. Вытащив меч из поверженного врага и оглянувшись, Артур чертыхнулся, оценив, насколько вражеские рыцари их оттеснили – нейтральный холм остался позади, и они стояли на территории Одина. На камелотской территории остались воины, что на них напали, которые определенно были не одни, а справа или слева вот-вот придет приведенный свистом патруль, который сможет схватить его, как нарушителя государственных границ. И привести прямо к Одину. Было ли это все спланировано? Вполне возможно.
Рядом Гриффиндор сражался со своим последним противником, напиравшим с особенным усердием и не дававшим ни шанса задеть его лезвием. Камелотский рыцарь рычал с досады, рассекая мечом густой еловый воздух, красная мантия пламенем горела у него за спиной, извиваясь от резких выпадов.
Артур обернулся еще раз, надеясь, что ему показалось. Нет, это так: на вершине холма и вправду засел стрелок. Прощальный луч солнца, снова прятавшегося за тучами, отскочил от наконечника стрелы. Взгляд быстро оценил, куда нацелен смертоносный удар.
- Годрик! – крикнул король рыцарю, но тот его не услышал, сосредоточившись на схватке. Он уже вошел в раж и с молодой удалью старался сразить несносного соперника, не замечая никого и ничего вокруг.
- Годрик! – громче, злее и взволнованнее позвал Артур. – Уйди в сторону! В тебя целятся!
Тетива натянулась. Очередной боевой возглас рыцаря в изумлении оборвался, когда король с разбегу налетел на него, отталкивая в сторону. Знакомый комариный писк разящей стрелы рассек воздух у самого уха. Движения показались слишком медленными. А когда он упал на землю, глаза застлало красным. Слух взорвал отчаянный рык знакомого голоса:
- Не-е-е-ет!!!
1 – строки из песни Марко-Поло – “Мерлин”
====== Глава 56. Лукавый, смирись.* ======
В покои Гаюса быстро зашла Кандида.
- Ты нашел книгу? – спросила она, останавливаясь у стола лекаря. Несмотря на суету, охватившую замок, ни один волос не выбился из ее тугой прически, и ни одна складка на платье не помялась.
Старик молча вытащил из ящика книгу и положил, раскрыв, перед королевой. Волшебница бережно взяла фолиант и принялась сосредоточенно читать. Через время она удовлетворенно кивнула сама себе.
- Ну, хотя бы это легко сделать.
Дверь открылась, впуская запыхавшуюся Пуффендуй.
- Миледи, все готово, – выдохнула она. – Люди на местах, клей разлит, баки тоже приготовлены. Ее Величество и сэр Блеоберис у парадных дверей.
- Отлично, – ответила Когтевран, – иду.
- Жил однажды на свете пастушеский сын, – вдруг донеслось из каморки. – Пас овец и в дудочку дул... Как-то раз он посох свой отложил и на склоне холма уснул...
Гаюс покачал головой, многострадально вздыхая.
- Опять... А последний час только храпели, я уж думал...
- Пробудившись, на запад он поглядел! – смеясь, воскликнул легко узнаваемый голос Гвейна. – А потом взглянул на восток...и нагую девушку увидал...там, где шумел поток.
- Идем, – скомандовала Кандида и, подобрав юбку, вышла впереди Пенелопы из покоев.
- Вмиг с зеленого ложа вскочил пастух... (1)